Літопис запорізької полiцiї

Україна понад усе!

вторник, 29 августа 2017 г.

Запорожская область в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Сборник документов. Часть 2.

Мне попался в руки сборник документов «Запорожская область в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.» и некоторые интересные, на мой взгляд, документы я размещаю на сайте. Преклоняюсь перед всеми, кто освободил мою Родину от фашистских оккупантов. Вечная Вам слава! Летописец
P.S. Радует, что изложенные материалы пользуются повышенным спросом. В моих планах отсканировать  и разместить все материалы сборника. Также будет уместно разместить фото Запорожья в период оккупации и после освобождения, поискав их в интернете. Мы должны знать нашу историю.
Специально для российских оккупантов и их фюрера Путлера. Учите историю, иначе вас ожидает участь немецко-фашистских оккупантов на украинской земле.

Смотреть часть 1   часть 2

НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ
№ 149
ИЗ ОТЧЕТА ЗАПОРОЖСКОГО ОБКОМА КП(б)У
ОТ 4 ОКТЯБРЯ 1946 г. О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПОДПОЛЬНЫХ
ПАРТИЙНЫХ ОРГАНИЗАЦИИ И ПАРТИЗАНСКИХ ОТРЯДОВ,
ДЕЙСТВОВАВШИХ В ПЕРИОД ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ
ВОИНЫ НА ТЕРРИТОРИИ ЗАПОРОЖСКОЙ ОБЛАСТИ
Июнь 1941 г.—декабрь 1943 г.
            ...Областная партийная организация, насчитывавшая в своих рядах к началу 1940 года 26933 члена и кандидата партии, возглавила борьбу трудящихся области за проведение в жизнь историче­ских решений XVIII съезда ВКП(б) и 18 Всесоюзной партийной конференции.
    Но мирный,    созидательный труд советских   людей был прерван разбойничьим нападением гитлеровской   Германии на нашу Родину.
            В Запорожье, как и по всей стране, прошли митинги. Рабочие, колхозники,    интеллигенция и домохозяйки — все советские люди выражали свой гнев по адресу фашистских захватчиков. Гневные речи выступавших   ораторов на митингах были преисполнены чув­ства советского патриотизма, желания стать на защиту своего со­циалистического отечества, непреклонной воли разгромить ненави­стного врага.
            Шли первые дни жестокой войны. С чувством глубокой тревоги трудящиеся видели,  как враг продвигался вглубь страны,  не­смотря на героическое сопротивление Красной Армии. Нужно бы­ло ободрить советских людей,    нужна была    программа борьбы с сильным и коварным врагом, нужно было знать, что делать, как победить врага…
            …Вооружившись сталинским планом разгрома врага, областная партийная организация пропагандировала среди трудящихся области идею всенародной, справедливой войны против немецких империалистов, В Запорожье, Мелитополе и других городах и рай­онах области создавалось народное ополчение, организовывались истребительные батальоны. Одновременно все новые и новые от­ряды советских патриотов уходили на фронт, а остающиеся на за­водах и в колхозах работали за ушедших на фронт, работали для 'победы.
Когда же фашистские орды ворвались в пределы Одесской и Киевской областей, а вражеская авиация стала серьезно угрожать запорожским заводам, обком КП(б)У, согласно постановлению Государственного Комитета Обороны, организовал эвакуацию про­мышленных предприятий на Восток. Эвакуация промышленности и сельского хозяйства Запорожской области началась 10 августа и продолжалась по 3 октября 1941 года. Из города Запорожья за время эвакуации было вывезено вглубь страны оборудование 22 союзных заводов и 26 предприятий местной промышленности. Только из алюминиевого завода было вывезено 1000 вагонов обо­рудования, 1000 тонн алюминия, 4000 тонн алюминиевых шин.

Огромная работа была также проделана областной партийной организацией и по эвакуации скота, оборудования МТС и элева­торов, зерна. Из 300830 голов обобществленного крупного рогатого скота, имевшегося в области, было эвакуировано и сдано Крас­ной Армии 275827 голов. Из 5562 тракторов разных марок была эвакуировано 4908 тракторов. Из поступившего на пункты «Заготзерно» около 480000 тонн зерна было вывезено в глубь страны и израсходовано на снабжение населения и частей Красной Армии 410000 тонн зерна.
           Наряду с эвакуацией промышленности и сельского хозяйства, в сентябре была проделана большая работа в городах и районах области по мобилизации населения на проведение оборонных ра­бот. Десятки тысяч запорожцев работали на сооружении оборони­тельных рубежей в районах Запорожья, Мелитополя и Марганца. В октябре 1941 года немецко-фашистские войска оккупирова­ли Запорожскую область, в состав которой входило 28 районов, 3 города областного подчинения, 6 городов районного под­чинения и 12 поселков городского типа с населением всего 1598253 человека (по переписи 1939 года), в том числе: в городах 568133 человека и в селах 1030120 человек...
Множество официальных документов советских государствен­ных органов и общественных организаций свидетельствуют о том, что немецкие захватчики во временно оккупированных районах Запорожской области, как и на других временно захваченных тер­риториях СССР, проводили свои зверства по заранее намеченному плану немецкого верховного командования. Этот план был направ­лен на истребление советского народа, и в первую очередь комму­нистов, комсомольцев, стахановцев, советских активистов, на уничтожение материальных и культурных ценностей: заводов, электростанций, культурно-просветительных учреждений, учеб­ных заведений, театров, музеев, школ, детских яслей и т. д.
С присущей педантичностью немцы осуществляли свой дья­вольский план. Зверства и разрушения проводились в масштабах, которых еще не знала история цивилизованного человечества, и достигли чудовищных размеров.
Немецко-фашистские оккупанты, проводя в жизнь свой, так называемый «новый порядок», за период временной оккупации го­рода Запорожья и Запорожской области причинили огромный ущерб народному хозяйству области. Только по городу Запорожью немецко-фашистские захватчики уничтожили 21 предприятие со­юзного подчинения, в том числе: металлургический комбинат, за­вод «Коммунар», Днепровский алюминиевый завод, Днепровскую ГЭС имени Ленина. Уничтожено и разрушено 45 предприятий рес­публиканского подчинения и почти все предприятия областного подчинения. Общий ущерб по союзной и республиканской про­мышленности составляет 1449112 тысяч рублей, по предприяти­ям и организациям областного подчинения общий ущерб составля­ет 1226562 тысячи рублей.
           Теснимые доблестными частями Красной Армии гитлеровцы, отступая из Запорожья и Запорожской области, вывозили заводское оборудование   и культурные ценности,   а то,   что не успели вывезти, разрушили и уничтожили.
Общие размеры ущерба и убытков, причиненных немецко-фашистскими захватчиками и их сообщниками народному хозяйству Запорожской области, составляют 940349 тысяч рублей.
Никакому материальному учету не поддаются страдания со­ветских людей от ига фашистских оккупантов. Трудно передать все те муки и страдания, которые перенесли трудящиеся Запорож­ской области во время немецкой оккупации. Казни и пытки, убий­ства детей и военнопленных, массовые насилия, растление морали и сознания советских людей путем террора и разнузданной дема­гогии -таковы методы господства этих двуногих зверей, превзо­шедших по своей жестокости и изощренности все известные в ис­тории зверства.
Фашистские карательные органы: гестапо, жандармерия, поли­ция, команды «СД»  зверски расправлялись с мирными советскими гражданами, особенно украинской и еврейской национальностей.
66745 человек мирных граждан и 10916 человек военноплен­ных расстреляли и замучили немецкие изверги во время своего хозяйничанья в Запорожской области с октября 1941 года по февраль 1944 года. Угнали в немецкую неволю 157416 человек.
С первых же дней оккупации области и города Запорожья не­мецкие изверги принялись уничтожать мирное население, комму­нистов, комсомольцев, советский актив и интеллигенцию. За вре­мя оккупации города фашисты расстреляли и замучили 35 тысяч человек. Особенно страшным издевательствам и пыткам подверга­лись военнопленные красноармейцы и офицеры. Их морили голодом, истязали, впрягали в возы и возили на них грузы. Никакой медицинской помощи не оказывалось, а больных и слабых воен­нопленных немецкие конвоиры расстреливали там, где больные падали.
Нет числа фашистским злодеяниям, не все еще известно, а то, что известно, заставляет содрогаться и стискивать от ненависти кулаки. Никогда фашистские изверги не получат пощады. Вот только отдельные факты:
В селе Веселянке, Верхне-Хортицкого района, немецкие фа­шисты загнали в конюшню 500 человек военнопленных, которых продержали там несколько дней, не кормили и не выпускали во двор. От систематических избиений и от голода в первую же ночь, умерло 50 человек военнопленных. Всех остальных немцы рас­стреляли.
В городе Мелитополе немцы проводили массовое уничтожение мирных советских граждан, стариков, женщин и детей, зверек мучили и истребляли их в застенках гестапо.
8 октября 1941 года немецко-фашистские мерзавцы объявили регистрацию еврейского населения города Мелитополя. Согнав 1800 еврейских семей у Бердянского моста, там всех их расстреля­ли. У взорванной мельницы орда пьяных автоматчиков заставила 3000 женщин, детей и стариков лечь в противотанковый ров лицом вниз, потом их всех расстреляли.
В течение двух лет длился в городе Мелитополе кровавый кошмар. Ежедневно десятки мирных советских граждан, которых немцы хватали в домах и на улицах, погибали от рук кровожад­ных извергов—немецких фашистов.
Жители города Мелитополя никогда не забудут то страшное место, где производилась жестокая казнь советских людей и кото­рому они дали страшное название: «ров смерти». Немецкие пала­чи не только убивали людей, они издевались и над трупами. С еще неостывших трупов гитлеровцы снимали личные вещи и делили их между собой, часть из них отправляли в логово фашизма—Гер­манию.
Стараясь замести следы нечеловеческих преступлений, фа­шисты не останавливались ни перед чем. Они бросали трупы в ко­лодцы, сгоняли жителей в тюрьмы и там сжигали их живьем, так сожгли в мелитопольской тюрьме гестапо 250 человек женщин, де­тей и стариков. Как изощренные садисты, они изобретали самые жуткие способы уничтожения людей. Взрослых и детей, стариков и женщин немцы расстреливали в упор, прокалывали штыками. Старушка 80 лет Солоненко, которая пыталась скрыться от рук фашистских палачей, была застрелена па улице, а 82-летнюю Ключникову немцы закололи штыком в ее доме. Даже за малей­шее подозрение в связях с партизанами немцы расстреливали це­лые семьи. Так они расстреляли Антифеева Григория Николаеви­ча и Акулова Василия с их семьями только за то, что заподозрили в связях с партизанами.
Советская патриотка Хомнина Феодора Демьяновна укрыва­ла раненого командира партизанского отряда. Но нашелся подлый предатель, и о ее поступке узнали немцы: ее арестовало гестапо. Во время пытки советская патриотка проявила необычайную стой­кость и немцы ни слова не вырвали из ее уст и не узнали, где на­ходится раненый партизан. Ей выбили зубы, вывернули руки, раз­били голову, сломали ноги и выбросили в скотомогильник, где она живая лежала семь суток. Больную, изувеченную женщину, стойкую советскую патриотку расстрелял на восьмой день староста об­щины — немец Вельке.
            И селе Вознесенке, Мелитопольского района, немцы зверски расправлялись с украинцами: их убивали, а трупы бросали в ста­рые окопы и уборные. В одном из окопов были обнаружены трупы расстрелянных со связанными руками и завязанными глазами граждан Миняйло — 78 лет, Мороз Евгений—49 лет, Коломоец Екатерины—65 лет, Миняйло Екатерины Кузьминичны и ее сына Леонида — 5 лет.   В этом же селе, в уборной   были обнаружены трупы семьи Девченко с ребенком 5 лет.
За время оккупации Каменско-Днепровского района с 19 сен­тября 1941 года по 7 февраля 1944 года немецкие оккупационные власти и их подлые пособники совершили чудовищные зверства и преступления по отношению к советским гражданам. Нет ни одно­го села в районе, где бы немцы не производили расстрелов. В Каменке-на-Днепре обреченных вывозили днем и ночью в открытых автомашинах на окраину села и там у противотанкового рва рас­стреливали. В течение 10 месяцев, с сентября 1941 года по июль 1942 года ежедневно расстреливалось по 3—5 человек только в самом селе, кроме того, многие вывозились в город Никополь, Днепропетровской области, где подвергались той же участи. Де­сятки граждан Каменско-Днепровского района были расстреляны только за то, что не хотели работать для немцев на строительстве моста через Днепр, а семьи расстреливаемых загонялись в погре­ба и избы и забрасывались гранатами. Всего в Каменско-Днепровском районе немецкие фашисты уничтожили 10021 человек, из - них детей до 5 лет—148 человек.
В городе Пологи за одну ночь в декабре 1941 года были аре­стованы и расстреляны все еврейские семьи, а трупы их выброше­ны в скотомогильник. Грудных детей живыми бросали в яму и за­капывали. В районе города Пологи, в яме, используемой ранее для салотопки, было обнаружено около 700 трупов, в том числе 165 мальчиков и девочек.
В городе Осипенко немцы расстреляли и замучили тысячи че­ловек. В здании тюрьмы «СД» было расстреляно 44 человека, после чего тюрьма была подожжена.
Свидетельница гражданка Кара-Иванова А. К. рассказывает, что она слышала голос своего родственника и крики других жертв, взывающих о помощи во время зверской расправы над ними. Так­же были сожжены расстрелянные гестаповцами на территории Азово-Черноморского завода и в санатории № 3 «ГУАП». Зачас­тую расстреливались целые семьи и над трупами многих жертв немцы издевались и надругались. 2-летней Шевцовой Валентине вывернули руки и ноги, перебили позвоночник и на лице вырезали пятиконечную звезду. Гражданину Глушко отрезали нос, его 17-летнюю дочь изнасиловали и вырезали ей грудь.
Особенно изощрялись в пытках немецкие варвары над жите­лями еврейской национальности. В первые же дни своего хозяй­ничания в городе Осипенко немцы издали приказ всему еврейско­му населению города одеть отличительные повязки па левую руку и явиться на базарную площадь, якобы для эвакуации. Когда ев­рейское население собралось на место, все они были окружены полицией и отведены к Мерликовой балке. Там был произведен всем повальный обыск и отобраны вещи и ценности. Выстроив мужчин отдельно от женщин над обрывом балки, автоматчики всех расстреляли.
Затем отобрали девушек и молодых женщин, раздели    донага, изнасиловали и также расстреляли. Отняв грудных детей, немцы расстреляли их матерей, а потом детей бросили на трупы. Так; было расстреляно в Мерликовой балке 900 человек.
Не щадили немцы и стариков. Когда оккупанты подожгли город Осипенко, 75-летний Сидоров со своей 70-летней женой, а с ними еще 5 стариков, собрав последние вещи, решили укрыться в соседнем дворе в железной дезкамере. Но немцы заметили их, завинтили наглухо крышку дезкамеры и через отверстие всех рас­стреляли из пулемета. Потом облили бензином и сожгли.
Такие же страшные злодеяния немецко-фашистские захват­чики совершали и в других районах области. Нет ни одного села, города, где бы гитлеровские мерзавцы не совершали своих страшных преступлений.
Оккупировав Запорожскую область, немецкие империалисты, начали угонять тысячи советских граждан в Германию в рабство. Сперва они объявили «добровольную вербовку» на работу в Германию среди молодежи Запорожской области. Эта добровольная вербовка полностью провалилась, только совершенно ничтожное количество людишек из классово чуждых и морально неустойчивых элементов согласилось добровольно выехать в Германию. Посы­ле провала добровольной вербовки немецкие оккупационные власти приступили к принудительной отправке молодежи на немецкую каторгу. Оккупанты устраивали повальные обыски и вылавливали советских молодых граждан, отбирали у них удостоверения личности, насильно заставляли подписывать «трудовые обязатель­ства» и после этого отправляли их в лагери, где они находились в ужасных условиях. В лагерях молодые ребята и девушки работали по 15 часов в сутки, немцы их морили голодом, давали в день по 150 граммов хлеба-суррогата с древесными опилками.
Всего в   Германию из Запорожской области   немецкие рабо­владельцы отправили 157416 человек.
            Правда о   жизни советских людей    в Германии проникала в письмах, которые молодежь писала своим родителям. Эти письма - обличительные документы, свидетельствуют    о  том, что как в пути следования,    так и в Германии для угнанных были созданы нечеловеческие условия, избивали их и обращались как со скотом. Угнанные в рабство граждане Запорожской области перевозились товарных вагонах, предназначенных для перевозки скота. В неубранные    от навоза вагоны, погружались люди,    запирались на замок и под усиленной вооруженной охраной жандармов и специальных команд «СС» доставлялись в различные города Германии, где концентрировались в так называемых  распределительных лагерях, обнесенных в 3—4 ряда колючей проволокой и глубокими рвами. Там они теряли свой облик: им надевали специальные но­мера, отбирали у них оттиски пальцев, как у преступников.
В эти лагери приезжали капиталисты, фабриканты и помещи­ки, которые покупали себе, как рабов, советских юношей и девушек. После торгов, купленную молодежь вновь возвращали в ла­гери, откуда они ходили под усиленной охраной работать на заво­ды, фабрики и в поместья. Труд их оплачивался очень низко, работа продолжалась 12—14 часов, кормили один раз в день мутной похлебкой из брюквы и выдавали по 300 граммов эрзацхлеба.
Изнурительная, каторжная работа и плохое питание вызыва­ли эпидемии и массовую смертность среди советских людей, за­ключенных в лагерях.
Гнусную, насильственную отправку    молодежи в Германию оккупанты проводили во всех городах и селах области. Из города Запорожья немцы угнали на каторжные работы в Германию 9104 человека.   Выполняя программу угона в Германию, немецкие фа­шисты не останавливались ни перед чем. За отказ ехать на катор­гу в Германию расстреливали. Так были расстреляны Резниченко Анастасия из села Балабино, Верхне-Хортицкого района, Патлах Николай и Трушенко из села Беленькое, того же района, и многие - другие.
Родным и близким не разрешали прощаться со своими детьми, которых угоняли в неволю. А когда гражданка Кушнир Ольга из села Веселянка, Верхне-Хортицкого района, пыталась проститься
с сыном, которого увозили в Германию, то немец-конвоир застрелил ее.
За неявку на биржу труда, для регистрации, за отказ от про­хождения трудовой повинности    угрожал расстрел или тюремное заключение. Родственники расстрелянных или уклонившихся от угона в рабство подвергались суровым репрессиям.
Несмотря на жесточайшую цензуру, установленную немцами, правда о жизни советской молодежи в Германии проникала через письма. Правду рассказывали возвратившиеся   домой из каторги калеки и больные.
Гражданка Сугуленко писала своей подруге из Германии: «Милочка! Не дай бог, ты попадешь сюда.   О, это ужас! Ты здесь не сможешь выжить. Здесь нужно большое терпенье и лучше остаться дома и не попасть сюда. Ты знаешь, как быть в чужой стране, между чужими людьми. У нас здесь живут все вместе, по несколько семей, кушают баланду, получают 300 грамм хлеба. За время пребывания в Германии русский народ не получил ничего как из одежды, так и всего остального. Во время воздушной трево­ги русских в убежище не пускают, гонят,   как собак. Только   и слышно:    «русь, русь, ан, ап»,    и советский человек,    покоряясь всему этому, должен выходить на двор и стоять под страшным огнем. Это нельзя описать. Работаем с 7 часов утра до 7 часов вечера. Вы думаете, что мы живем здесь шикарной жизнью. Не набивайте себе голову та­кой глупой мыслью. Нам тоже не очень весело сидеть здесь за ко­лючей проволокой и смотреть, как веселятся люди. Нам разре­шается выходить из барака только со значком ОСТ, что означает восточный рабочий, и когда идешь по улице, на тебя тыкают паль­цем немцы и ругают: «проклятые русские».
Многие, угнанные в немецкое рабство, чтобы спасти себя от верной смерти, пытались уйти из немецкой неволи. Они убегали из производства, из бараков и стремились попасть на свою роди­ну, но в пути их ловили, полевая жандармерия их била, и снова направляли в тюрьмы, концлагери, на каторгу».
Вернувшись из немецко-фашистского рабства, гражданин с. Лукашевка, Верхне-Хортицкого района, Голованов Иван Афа­насьевич рассказал:
«Когда нас привезли в Германию и заключили в лагерь, мы находились под усиленным конвоем и запертыми на замок. Через несколько дней нам повесили каждому на шею бирки. Работали мы с раннего утра и до поздней ночи. Нас систематически избивали, морили голодом. В лагере было 1500 человек, но каждый день от голода и побоев умирало 5—10 человек советских граждан  и через месяц осталось только 800 человек и те обессилились.    Я сам был опухший от голода и вернулся домой».
Оккупанты также широко применяли принудительный дет­ский труд.
Нечеловеческое обращение, жестокий режим, насильствен­ный угон в Германию принуждал советских граждан к изыска­нию путей и способов, которые смогли бы спасти их от рабства. Юноши и девушки сознательно наносили себе увечья, растравли­вали себе раны едким натрием, экстрактом чеснока и лука, серной и соляной кислотой. Это была борьба пассивная, но борьба. Но мо­лодежь и все советские граждане Запорожской области не только боролись пассивными методами с оккупантами. Советских людей не устрашили казни и пытки и не покорила плеть и виселица. Эти зверства еще более разожгли ненависть советских людей к врагу и усилили их самоотверженность и героизм в борьбе с ним.
Мероприятия обкома КП(б)У по созданию подпольной партийной сети и организации партизанского движения в области
Историческое выступление товарища Сталина 3 июля 1941 года, в котором он указал, что «В занятых врагом районах нуж­но создавать партизанские отряды, конные и пешие, создавать диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской войны всюду и везде...», стало исходным моментом для подготовки партизанского движения в тылу врага., Руководствуясь этими указаниями, обком КП(б)У на случай ок­купации области еще в июле 1941 года приступил к созданию в городах и районах области подпольных партийных организаций и партизанских отрядов для борьбы с немецкими захватчиками в их тылу.
Для руководства партийным подпольем и организации пар­тизанской борьбы и области был создан подпольный обком КП(б)У в составе трех человек: Сотникова Александра Афанась­евича, члена ВКП(б) с 1930 года, работавшего вторым секретарем Орджоникидзевского райкома КП(б)У гор. Запорожья, Пивоварова Афанасия Терентьевича, члена ВКП(б) с 1931 года, рабо­тавшего первым секретарем Запорожского сельского райкома КП(б)У и Скибы Елисея Корнеевича, члена ВКП(б) с 1929 года, работавшего председателем исполкома Васильевского районного Совета депутатов трудящихся.
Местопребыванием подпольный обком КП(б)У избрал терри­торию Васильевского района. Первая явочная квартира обкома находилась в селе Балки, а вторая — в селе Скельки...
Обком КП(б)У создал также 2 подпольных горкома и II райкомов КП(б)У, охватывавших все административные районы области.  В каждом административном районе  организовывалось подпольных партийных группы. Для организации и проведения подпольной работы было подобрано и утверждено 310 человек, в том числе: членов ВКП(б) — 180, кандидатов в члены ВКП(б) — 130 человек.
Однако при приближении войск противника, значительная часть состава подпольной сети покинула пределы Запорожской области вместе с отступавшими частями Красной Армии. Многие товарищи, оставшиеся на оккупированной территории, были ско­ро опознаны немецкой полицией, вследствие чего вынуждены бы­ли перейти линию фронта и вступить в армию или уехать в советкий тыл...
В начале 1942 г. бюро обкома партии приняло решение подоб­рать и подготовить для посылки в тыл противника новый состав подпольного обкома и несколько подпольных райкомов партии. В восточные районы Советского Союза были посланы представи­тели обкома с заданием отобрать из числа эвакуированных ком­мунистов товарищей для работы в подполье па территории обла­сти. Такие товарищи были подобраны, и с марта 1942 года нача­лась всесторонняя и кропотливая их подготовка к предстоящей работе. В этом всестороннюю помощь обкому оказывал ЦК ВК(б)У, который своим аппаратом непосредственно готовил людей для работы в тылу врага. За короткий срок было подготовлено 24 подпольных работника, переброска которых из Ворошиловгра­да в тыл немцев началась с июня 1942 года.
Товарищи доставлялись на самолетах в тыл немцев и сбра­сывались на парашютах в местах, заранее избранных подпольщи­ками. Это были преимущественно партийные и советские работни­ки тех районов, куда они направлялись. Все товарищи, заброшен­ные в тыл противника, имели адреса явочных квартир, описание примет хозяев до мельчайших подробностей. Каждому руководи­телю подпольной партийной организации присваивался псевдоним, партийная кличка, устанавливался пароль и ответ на него, шифр, код. Для пароля избиралась обычная, наиболее распространенная, разговорная речь. Руководителям Запорожского подпольного об­кома КП(б)У, например, паролем служил вопрос: «Скажите, где можно купить корову?». Ответ: «Могу помочь купить». Для руко­водителей Больше-Белозерского подпольного райкома КП(б)У вопрос: «Можно ли у вас нанять квартиру?». Ответ: «Нельзя». Дли партийного организатора Пологовского района тов. Терещен­ко Надежды Михайловны, по кличке «Оксана», паролем служил вопрос: «Вышейте мне рубашку» и ответ: «Вышью только гладью»
Таким образом в Запорожскую область были направлены под­польный обком партии и 5 подпольных райкомов: Приморско-Приазовский, Веселовский, Михайловский, Больше-Белозерский и Вольше-Лепетихский. Кроме этого, в Пологовский и Ореховский районы были посланы два партийных организатора...
Выполняя указания товарища Сталина о развитии на оккупи­рованных противником территориях широкого партизанского дви­жения, обком КП(б)У в июле 1941 года, на случай вступления немецко-фашистских войск в пределы области, приступил к орга­низации партизанских отрядов.
Личный состав партизанских отрядов подбирался из числа ре­шительных людей, идущих в партизаны по личному убеждению. Во главе каждого отряда назначались командир, комиссар и на­чальник штаба. Подбор командного состава производился секре­тарями райкомов партии, после чего эти товарищи вызывались для беседы с секретарями обкома КП(б)У.
Партизанские отряды обеспечивались запасами продуктов, винтовками, пулеметами, гранатами, взрывчаткой, бутылками с зажигательной смесью, а командный состав— и личным оружием.
Для каждого отряда через специальную сеть было подготов­лено по несколько человек, умеющих самостоятельно готовить взрывчатые снаряды и совершать диверсии.
Многие отряды вступали в борьбу с противником еще до ок­купации области, при подходе его к Приднепровским плавням, они помогали Красной Армии проводниками, разведчиками в ты­лу врага, а в отдельных случаях непосредственно обороняли уча­стки фронта. Несколько сот партизан было послано в тыл врага на Одесском направлении. Все партизаны принимали воинскую присягу — клятву партизана о верности Родине.
Для партизанской борьбы на территории области обком КП(б)У подобрал и утвердил 800 человек, из которых было соз­дано, по числу административных районов, 28 партизанских от­рядов. Однако многие из созданных отрядов влились в Красную Армию и отступили с ее частями. В 14 районах области — Запо­рожском сельском, Акимовском, Гуляй-Польском, Ново-Васильев­ском, Больше-Белозерском, Андреевском, Больше-Лепетихском, Ново-Николаевском, Приморском, Осипенковском, Красноармей­ском, Боллше-Токмакском, Васильевском и Каменско-Днепровском - партизанские отряды некоторое время существовали...
Подпольное движение в городе Запорожье

          Для организации и руководства подпольным движением в го­роде Запорожье, обком КП(б)У создал городской партийный ко­митет, в состав которого вошли Митрофан Терентьевич Грицай — секретарь Орджоникидзевского райкома КП(б)У гор. Запорожья, Александр Никифорович Боярский — секретарь Ленинского рай­кома КП(б)У и Алексей Владимирович Коллеров — зав. военным отделом Запорожского горкома партии. Члены городского под­польного комитета заранее определились на нелегальное житель­ство, подобрали явочные квартиры и договорились о связи с секретарем подпольного обкома партии тов. Сотниковым. Одновременно были созданы партийные

группы: Грицаем через Письмен­ного на заводе «Запорожсталь», Боярским—на территории Ле­нинского района и Коллеровым — в старой части города. Однако, после оккупации города немцами 3 октября 1941 года, связь меж­ду членами подпольного горкома не была установлена...
Таким образом, подпольный партийный комитет прекратил свое существование в первые же месяцы немецкой оккупации, сделав только первые шаги в налаживании связей и организации в городе большевистского подполья.
           Но вера трудящихся в победу Красной Армии и псе возрас­тающая ненависть к немецко-фашистским захватчикам соз­давали благоприятную почву для зарождения и развития массового подпольного движения, которое знаменовало собой растущее со­противление советского народа в тылу врага. После первой волны кровавого террора, жертвой которого были коммунисты, совет­ский актив и евреи, в начале и, особенно, в середине 1942 года поч­ти на всех предприятиях города возникли небольшие группы со­ветских патриотов, ставившие своей целью ведение борьбы с оккупантами и установленным ими режимом.

Инициаторами в организации этих групп, как правило, явля­лись оставшиеся в городе коммунисты и беспартийный советский актив. Вскоре этому движению был придан более организованный характер. Мелкие группы подпольщиков объединились в несколь­ко подпольно-диверсионных организаций, из которых особое место занимает подпольный ревком по тем задачам, какие им ставились и по масштабу организации.
            В конце августа 1942 года несколько небольших групп совет­ских патриотов, возникших на поселках им. Максима Горького и Зеленый Яр, железнодорожном узле Запорожье-1, связались с добровольцами отряда, охранявшего лагерь советских военноплен­ных, и решили объединиться для совместной борьбы с немецкими оккупантами. На совещании представителей этих групп, проходившем 4 октября на поселке Зеленый Яр, было избрано руководящее ядро объединенной организации, названное «Ревком». Председа­телем ревкома был избран Рыжаков Н. С, секретарем Сажченко И. П., комиссаром—коммунист, военнопленный политрук Красной Армии Яценко Г. А.; в состав «Ревкома» в качестве его членов вошли коммунисты Ященко И. Г., Теренник П. И. и другие, всего шесть человек. Вскоре однако Яценко уехал по заданию в Нико­поль и не вернулся.
На паровозоремонтном заводе в июне 1942 года появились два неизвестных ранее рабочих—Карпенко Леонид Леонтьевич и Михальчук Борис Иванович. В действительности это были работ­ники ЦК ЛКСМУ, попавшие в окружение. Настоящие их имена Ачкасов Лев Львович и Миронов Борис Иванович. Работая на за­воде, Карпенко и Михальчук организовали подпольную партий­ную организацию. Им удалось объединить одиночек и небольшие группы советских патриотов завода в подпольно-диверсионную группу, которая занималась антифашистской агитацией и органи­зацией мелких диверсионных актов. Была установлена также связь с группой, которая состояла из военнопленных, работавших на аэродроме, а в конце 1942 года с «Ревкомом».
В декабре 1942 года произошло слияние подпольной организа­ции Карпенко — Михальчука с «Ревкомом», в связи с чем, состав «Ревкома» был расширен до 16 человек. В его состав, кроме преж­них членов, вошли коммунисты Карпенко, Михальчук, Брусилов Р. С. (он же Сергей Романов)., Божко Н. Е. и Симоненко М. В. (Марик). Председателем «Ревкома» был назначен Карпенко, ко­торый с этого времени, вместе с Михальчуком, стал фактическим руководителем «Ревкома» и возглавляемых им групп. Костяком организации, на который опирались в своей работе руководители «Ревкома» и партбюро, были Дружков В. А., Окунь Пелагея, Симоненко, Романов Сергей (Брусилов), Ковальчук А., Шленсковой А., Беспалов Г. А., Ященко, Василенко Варя, Коваленко Т. Л.. Абакумова и другие.
Прилив в «Ревком» новых сил и энергичных партийных руководителей в лице Карпенко и Михальчука оживил   работу всей организации и придал ее действиям определенную политическую целеустремленность. Кроме нескольких подпольных групп, состоявших из патриотов поселков Зеленый Яр, им. Максима Горькою, рабочих    паровозоремонтного    завода и других,    железнодорожников станции Запорожье-1, а также добровольцев,    охранивших лагерь военнопленных, «Ревком» организовал небольшие группы содействующих в селах Крестьяновке,    Камышевахского района, ж Андреевка, Красноармейского района. Руководство первой осуществлял Карпенко через Окунь Пелагею, второй  —  через Симоненко М. В.
На заседаниях «Ревкома», которые проводились большей ча­стью на квартире Дружкова — 6 строительный участок, барак  № 5, обсуждались задачи подпольной организации, давались задания членам «Ревкома» и руководителям групп и подводились итоги проделанного. Под руководством Карпенко на этих заседа­ниях был разработан план вооруженного выступления с целью освобождения города от оккупантов и оказания помощи наступаю­щим частям Красной Армии. Это считалось основной задачей ор­ганизации. Намечалось к моменту выступления подготовить и во­оружить подпольные группы, возглавляемые отдельными членами «Ревкома». На предприятиях и намеченных к захвату объектах создать свыше 40 небольших групп советски настроенных людей, которых необходимо было вооружить в момент выступления.
Однако, в марте 1943 года подпольная организация, возглав­ляемая «Ревкомом», находясь еще в стадии организации, была рас­крыта немецкими карательными органами.
К этому времени подпольные группы были еще недостаточно подготовлены и малочисленны, оружия в распоряжении «Ревко­ма» было мало. Этим объясняется то обстоятельство, что вооруженное выступление, намечавшееся в начале на февраль, было от­ложено.
Практическая работа, которая проводилась «Ревкомом», за­ключалась в том, чтобы вовлекать в организацию надежных, про­веренных советских патриотов из среды трудящихся предприятий и населения города, а также добровольцев так называемой «укра­инской армии», охранявших лагерь военнопленных. Проводилось также освобождение военнопленных из лагерей, которым оказывалась всемерная помощь документами, одеждой, питанием и пре­доставлением убежищ.
Велась значительная работа по сбору оружия и боеприпасов. Оружие доставалось различными путями почти всеми участника­ми организации. Оно похищалось у охраны лагерей военноплен­ных, выменивалось у румынских солдат во время февральско-мартовского отступления немцев и т. д. Особенно усиленно произ­водился сбор оружия в феврале 1943 года.
Дружкова А. М. заявляет:
«В феврале месяце 1943 года почти все оставили работу, за­нимались исключительно добычей оружия и патронов. Однажды мой муж, Гогун, Корогод и Брусилов достали на заводе несколько винтовок. Они их прятали в разрушенном доме поблизости, а па­троны принесли домой, которые спрятали в подвал и уже после ареста их, я выбросила все».
В конце февраля 1943 года, по поручению Карпенко, группа в    составе    Сажченко,    Симоненко,    Божко,    Гогуна,    Теренника и Абросимова с целью добычи оружия совершила нападение на автоколонну, стоявшую на Чаривном хуторе. В результате на­падения была захвачена автомашина с крупной суммой советских денег (несколько мешков) и убиты один офицер (банковский слу­жащий) и часовой. Кроме этого, в марте 1943 года члены органи­зации убили четырех немецких солдат и калмыков-добровольцев на поселке им. Максима Горького, и немецкого солдата на поселке Зеленый Яр. Участниками организации проводились также отдельные диверсионные акты и саботаж на паровозоремонтном за­воде и других, а также на транспорте. На заводах выводились из строя станки, на паровозоремонтном заводе и транспорте засы­пался песок в буксы паровозов и т. д. Проводилась также среди населения антифашистская агитация.
15 марта 1943 года на квартиру члена организации Дружкова В. А., где должно было состояться заседание комитета, ворвались гестаповцы. Находившийся в комнате Карпенко был арестован. Во время обыска немцы нашли принадлежащий Карпенко револь­вер системы «Наган» и записную книжку, в которой были пе­речислены некоторые участники организации. Затем были аре­стованы подходившие по одному — Михальчук, Дружков и Бру­силов. В этот же и последующие дни проводились аресты остальных членов организации. Арестованы были: Окунь Пелагея (Полина), Коваленко, Божко, Ковальчук, Симоненко и другие. Всего в марте—мае 1943 года по делу «Ревкома» было арестовано около 50 человек, среди которых были и лица, не принимавшие участия в подпольной деятельности. Остальные члены «Ревкома», избежавшие ареста, из города выбыли и возвратились только пос­ле прихода Красной Армии. Таким образом, деятельность подполь­ного «Ревкома», после ареста 15 марта 1943 года, прекратилась...
В апреле 1942 года на территории Орджоникидзевского райо­на гор. Запорожья бывшим работником «Запорожстали» Гончаром Николаем Григорьевичем была организована подпольная группа советских патриотов. Группа в основном состояла из работников завода «Запорожсталь». Ближайшими помощниками Гончара бы­ли Л. И. Гиря, Л. В. Вайнер, Овсюк Евдокия (Крюкова), В. И. Живенко, А. П. Фокин, Н. И. Стрибков (Христенко Н.) и еще не­сколько товарищей, фамилии которых неизвестны. К июню 1943 года группа в своем составе насчитывала несколько десятков чело­век.
Группа, главным образом, занималась приобретением оружия « боеприпасов с целью использования их при подходе частей Крас­ной Армии. Оружие собиралось на полях и у населения, покупа­лось у добровольцев, казаков и румын, похищалось в заводской охране. Для хранения оружия, летом 1942 года, во дворе Гончара (Запорожье-Левое, Электрическая, 4), был устроен тайник — туннель в колодце.
В тайнике, кроме оружия, хранилась советская литература, произведения Ленина и Сталина, пишущая машинка.
Здесь же производилось печатание листовок и сводок Совинформбюро, которые затем распространялись среди населения чле­нами группы. Сводки Совинформбюро принимались через радио­приемники, установленные на квартирах Гири и Живенко. Среди патриотически настроенных людей производилась устная агита­ция с целью вовлечения в подпольную группу новых членов.
Гончар и члены его группы оказывали большую помощь в по­беге советских военнопленных из лагерей, снабжали их справками и паспортами, предоставляли пищу, одежду и укрытие. Кроме это­го, участниками группы изготовлялись и разбрасывались по доро­гам так называемые «жучки» для вывода из строя автотранспорта.
Проверкой установлено, что группа ставила перед собой зада­чу предотвратить уничтожение немцами завода «Запорожсталь» и с этой целью, а также для облегчения подпольной работы, Гон­чар устроился в заводскую охрану в качестве начальника полиции. С этой же целью Гончар устроил в заводскую полицию Гирю А. И. — заместителя командира, и других членов группы.
2-8 июня 1943 года, вследствие плохой конспирации, были про­изведены аресты Гончара, Гири, Климашевской и других. Все­го было арестовано 40 человек, в том числе и многие, не прини­мавшие участия в деятельности группы. При аресте Гончара, тайник был обнаружен и изъято оружие, боеприпасы и пишущая машинка. На квартирах Гири и Живенко обнаружены и изъяты радиоприемники.
Гончар, Вайнер, Гиря, Герасименко, Челюкин, Овсюк (Крю­кова) и ряд других были расстреляны, часть отправлена в Герма­нию в концлагери. Сохранились письма отдельных товарищей, ко­торые они писали из тюрьмы своим родным. Борис Иванович Жи­венко писал своей матери:
«Мамочка. Получил все, что ты передала, но наверное все напрасно, до воскресенья нас должны расстрелять. Мамочка род­ная. Как хочется жить. Передай сегодня же яблоки... Целую всех, кроме Вальки, из-за  нее умираю. 2 сентября  1943 г. Борис. Под­тверждение получения записки передай соль в бумажке от радио.
Борис Живенко».
В одном из писем своей жене Вайнер писал:
«Каждая минута приближает меня к черной безвозвратной пропасти. Думай о себе и о детях. Этот раз город будет сдан. Здесь будет фронт. Готовься ко всяким невзгодам, потому, что те­бе придется много пережить. Шура, только теперь я понял, что такое жизнь и как хочется жить и жить, но от судьбы не уйти. Леонид».
В записке, которая была найдена в его брюках после рас­стрела и через несколько дней передана жене, Вайнер писал:
«Умираю героем. Вознесен­ка, 4, ул. Баранова, 26. Кто най­дет—передай детям.   Все люди группы Гончара    расстреляны 14 сентября 1943 г. Вайнер».

            В 1942 г. в новой и старой (центральной)    частях    города возникли небольшие    подполь­но-диверсионные группы. В мае была   организована   в   районе Днепровского алюминиевого за­вода группа, состоявшая в    ос­новном из рабочих этого завода я прилегающих   к нему   пред­приятий   и   поселков.    Другая группа    была   организована    с конца    того же, года в районе железнодорожного узла «Запорожье 2». В эту группу, кроме местного населения    (в основном железнодорожники),   входили добровольцы,   охранявшие распо­ложенный в районе Запорожье-2 лагерь военнопленных.
В сентябре 1943 года обе эти группы объединились в подпольную организацию, названную «Партизанский отряд № 117 им. Чапаева».
Подпольная организация «Партизанский отряд № 117 им. Ча­паева» проводила диверсионно-вредительскую работу на Днепровском алюминиевом заводе, в паровозном депо Запорожье-2 и других предприятиях. На алюминиевом заводе тт. Курбатов М. И., Смолянуха А. М., Редька Д. М., Кутняков И. и другие портили механизмы, выводили из строя автомашины, сохраняли от выво­за немцами цветные металлы. Участники организации сожгли на заводе склад масел и красок, подожгли дом на 6 поселке, в кото­ром размещалась служба немецкой воинской части. Выводили из строя восстанавливаемые немцами электролизные ванны.
На транспорте в паровозном депо и на станции Запорожье-2  Великих К. Т., Богатырев В. П. и другие затягивали ремонт па­ровозов или производили его некачественно, выводили из строя инжекторы, засыпали в масло и буксы паровозов песок. Проводились также отдельные диверсионные акты: 17 августа 1943 года спущен с рельс на стрелке паровоз, в результате чего был задер­жан выход эшелонов со станции; в июле, 1943 г. паровоз, вышед­ший под эшелон, поврежден путем наезда на ворота депо.
Членами подпольно-диверсионной организации проводилась устная антинемецкая агитация среди рабочих алюминиевого заво­да и распространялись листовки, сбрасываемые с советских самолетов.
Подпольная организация оказывала большую помощь в побе­ге из немецких лагерей военнопленных Красной Армии, предо­ставляла им укрытие, снабжала документами, одеждой, питанием.
В этой работе оказывалось большое содействие подпольщи­кам со стороны патриотически настроенного населения, особенно со стороны жен военнослужащих Красной Армии тт. Яковлевой Е. Н., Субботиной Ф. В., Рогаткиной А. Н.
В связи с приближением фронта в сентябре 1943 года руково­дителями подпольной организации было принято решение о воору­женном выступлении с целью оказания помощи Красной Армии. Местом сбора его участников были избраны туннели алюминиево­го завода. В туннели сносилось оружие, боеприпасы и продукты питания. Назначалось это выступление на 10 октября, сигналом должны были служить красные ракеты.
Начиная с 1 октября в туннели стали собираться члены под­польной организации, которых 10 октября там насчитывалось бо­лее 60 человек. В туннелях также собралось около 300—400 мест­ных жителей, из которых многие пришли для того, чтобы принять участие в выступлении. Некоторые из них пришли из старой части города, т. е. за 6—8 км. Однако большинство прибывших состояло из лиц, которые прятались от угона немцами на Правый берег.
10 октября немцы, обнаружив скопление людей, произвели нападение на туннель и стали дымом выкуривать собравшихся. Выскочившие из туннеля 24 человека были захвачены немцами и им второй день расстреляны в Дубовой роще. В числе расстрелян­ных біли трое подпольщиков — А. А. Шепель, М. Боровикова, М, Нулик, а также четверо детей.
Собравшиеся в туннелях не оказали организованного сопротивления, что дало возможность немцам захватить вышеуказан­ную группу из 24 человек, потеряв при этом всего несколько убитых и раненых. После этого, некоторая часть населения и членов подпольной организации из туннелей вышла. Оставшиеся находи­лись в туннелях до прихода Красной Армии...
По указанию обкома КП(б)У в городе Мелитополе, на случай временной немецкой оккупации, были созданы две подпольные группы: Чугунова А. П., Костенко А. А. Группы были снабжены оружием, боеприпасами, рациями и продуктами питания. Заблаговременно были подобраны конспиративные квартиры, установлены связи. Группа Чугунова Алексея Петровича, состоявшая из двенадцати человек, была создана в сентябре 1941 года. Перед ней стояла задача проводить в тылу врага антифашистскую агитацию и совершать диверсионные акты. До вступления немцев в город Мелитополь группа действовала совместно с разведывательным отрядом 9 армии, выполняя задания разведывательного характера.
После оставления Красной Армией города, группа, вследствие плохого подбора ее состава, просуществовала всего семь дней, не успев развернуть свою работу. Член группы Романовский И. И, арестованный немецкой жандармерией, выдал состав группы, в результате чего были арестованы и расстреляны тт. Чугунов Алексей Петрович и Петрухин Ефим Григорьевич. После ареста руководителя группа прекратила свое существование. Мисюрин В. Ф., Шаврин Т. И., Балкина Е. П. и Прокопович Н. Ф. позже влились и группу Костенко А. А., также созданную горкомом КП(б)У. Золотов В. В. после распада группы проводил антифашистскую агитацию среди населения, действуя как одиночка.
Барабаш Р. П., Ляхов А. и Кукушкин В. И. после ареста жандармерией, по примеру Романовского, перешли па службу к нем­цам. С приходом Красной Армии предатели понесли заслуженное возмездие.
Костенко Александр Авксентьевич по поручению горкома КП(б)У, в октябре 1941 года создал группу и составе 7 человек. Работать группе приходилось в чрезвычайно тяжелых условиях, так как вскоре, после занятия города немецкая разведка была ос­ведомлена о наличии оставленных подпольных групп. Вскоре нем­цам удалось установить адрес Костенко Л. Л. после чего начались частые обыски и облавы.
Оставшиеся на свободе Костенко Александр и его товарищи продолжали проводить работу и добились того, что к марту 1943 года численный состав группы вырос до 16 человек. В числе прочих в группу влились тт. Мисюрин В. Ф., Шаврин Т. И., Балкина Е. П. и Прокопович Н. Ф. — бывшие члены группы Чугунова.
Работа группы заключалась, главным образом, в проведения антифашистской агитации среди населения города, кроме устной пропаганды члены группы распространяли сводки Совинформбюро и листовки, призывающие население к активному сопротивле­нию немецким оккупантам. Сообщения Совинформбюро принима­лись по радиоприемнику, находившемуся на квартире Т. И. Шав­рина, а затем Балкиной Е. П. и других. Товарищи Костенко А. А., Балкина Е. П., Мищенко А. С, Коваленко А., Шаврина И. Н. и Мовчан Г. 3. писали листовки, расклеивали их по городу и распространяли среди населения.
Кроме агитационной работы среди населения члены группы, по заданию Костенко А. А., собирали оружие, которое должно бы­ло быть использовано при приближении фронта. Оружие храни­лось в подвалах домов Шаврина и Балкиной.
13 апреля 1942 года немцам удалось выследить руководителя группы Костенко Александра. По доносу некоего Райкина Г. 14 апреля, во время приема радиопередач на своей квартире была арестована Балкина. Костенко А., оказавший вооруженное сопро­тивление, был убит. В этот же вечер были арестованы Мисюрин Василий и Прокопович Надежда. Несколько ранее, в середине мар­та был арестован активный член группы Шаврин.
Героически выдержавшие во время допросов пытки и избие­ния Шаврин Терентий Иванович. Мисюрин Василий Федорович, Балкина Евдокия Петровна и Прокопович Надежда Федоров­на были расстреляны.
Большинство остальных членов группы, оставшихся на сво­боде, после расстрела наиболее активной части ее состава, под­польную деятельность прекратили.
В октябре 1941 года по заданию горкома КП(б)У член пар­тии Екатерина Хилько организовала подпольную группу из 6 че­ловек, в состав которой входили ее дети Хилько Лида и Николай, племянники Коленко Александр Ильич, Тыркина Клавдия и Та­мара Васильева — радистка, прикомандированная к группе раз ведывательны.ми органами Красной Армии.
Практическая деятельность группы заключалась в разведке данных о передвижении и расположении вражеских войск, объектов, учреждений, складов и т. д. За год существования группы, беззаветно преданные Родине советские люди, проявляя исклю­чительный героизм и самоотверженность, собрали много ценных данных и сообщили их командованию Красной Армии.
В ноябре 1942 года группа была выдана родственницей Хиль­ко, немкой Шпарвассер. Были арестованы и расстреляны Хилько Екатерина, ее дети Лидия и Николай, Тыркина Клавдия, Коленко Александр Ильич. Вместе со всеми была арестована и Васильева Т., которая подвергалась пыткам и насилиям, но дальнейшая судьба ее неизвестна.
Жестокий террор, установленный фашистами, не сломил дух советских людей, временно попавших под иго немецкой оккупа­ции. С первых же дней немецкого хозяйничания в гор аде возни­кают по инициативе коммунистов и советского актива группы со­ветских патриотов, решивших стать на путь борьбы за освобожде­ние Родины от иноземных захватчиков. Особенно усилилось сопро­тивление народа при подходе Красной Армии к Мелитополю. Уцелевшие к этому времени подпольные группы и отдельные подполь­щики, многие патриоты из местного населения, рабочие предприятий и города и советские военнопленные брали в руки оружие и сов­местно с частями Красной Армии боролись за очищение города от фашистской нечисти.
В марте 1942 года несколько патриотов — Харченко Н. М.. Гринько В. И., Адамов И., Хрибков и другие объединились для совместной подпольной работы. Вскоре к группе присоединились оставшиеся на свободе члены группы Костенко А. А., Мищен­ко Л. С. и Мовчан Г. 3. К моменту подхода частей Красной Ар­мии группа в своем составе насчитывала 23 активных члена, в большинстве советских военнопленных, бежавших из лагерей.
Подпольщики группы Харченко развернули большую агита­ционную работу среди населения. Они распространяли сводки Совинформбюро и листовки, призывающие к активному сопротив­лению немецким оккупантам. Сводки о положении на фронтах Великой Отечественной войны принимались по радиоприемнику не­мецкого офицера, проживавшего на квартире Стольберг. Она-то и предоставляла радиоприемник подпольщикам во время отсутствия своего квартиранта. Сводки и листовки писались членами группы от руки и расклеивались по городу. За весь период было написано и расклеено до 70 листовок антифашистского характера.
Группа проводила большую работу по оказанию помощи в по­беге из лагерей советских военнопленных. Им предоставлялись убежища, одежда, продукты, документы. Оказывалось также со­действие молодежи, уклоняющейся от поездки в Германию, путем предоставления фиктивных справок о болезни. В листовках, кото­рые распространялись по городу, подпольщики призывали моло­дежь не ехать в Германию.
Почти все члены группы занимались сбором оружия. Оно по­хищалось у немцев, охраны лагерей, покупалось у румынских сол­дат. К октябрю 1943 года группа имела 13 винтовок, 10 автоматов, 3 пистолета и 13 гранат.
В октябре 1943 года, при подходе Красной Армии, группа под командованием Харченко Н. М., вооружившись собранным ору­жием, приняла активное участие в изгнании немецких войск из родного Мелитополя. Действуя у Акимовской дороги, в районе во­дочного завода, подпольщики нападали на отдельные группы про­тивника, уничтожали живую силу и технику немцев, резали теле-фонно-телеграфную связь, чем создавали напряжение и неустой­чивость в тылу врага, отвлекали и затрудняли передвижение его частей. После соединения с разведывательными отрядами Красной Армии группа Харченко действовала совместно с ними, оказывая большую помощь в разгроме немецкой группировки в городе Ме­литополе.
В боях с немецкими оккупантами за освобождение Мелитопо­ля смертью храбрых погибли члены группы тт. Гринько В. И., Хрибков Г. Г., Путильцев М. И. и Сергиенко Ф. М. Товарищи Харченко Н. М., Морозов Л., Мищенко А. С. и Еловенко получили тя­желые ранения.
Осенью 1941 года в город Мелитополь немцы привели боль­шую партию пленных бойцов и командиров Красной Армии. Ви­дя невыносимо тяжелые условия в лагерях и лазарете, советские патриотки Земцева В. Д., Тютюник Д. И., Кутасевич М. А. и дру­гие, мужья и дети которых находились в Красной Армии, оказыва­ли посильную помощь военнопленным. Вначале эта помощь вы­ражалась в передаче продуктов питания. Познакомившись ближе с советскими женщинами, военнопленные стали просить оказать им помощь в освобождении их из плена. В декабре Тютюник и Земцева, сговорившись между собой, обратились к своему знако­мому Василенко А. И. с просьбой оказать им помощь в приобрете­нии для военнопленных документов. Василенко дал согласие. До­кументы он достал у своего знакомого Лавринова — бухгалтера маслозавода в селе Партизаны, Мелитопольского района. Одновре­менно женщины решили создать группу по оказанию помощи и освобождению пленных.
Так возникла подпольная патриотическая группа, руководи­телем которой, по предложению женщин, стал Антон Иванович Василенко. В группу вошли Земцева, Тютюник, Кутасевич, Яненко и Шимко. Позднее к группе примкнули Волошко, Трофименко, а также освобожденные из лазарета пленные Малышенко Д. И., Бурцев Г. И., Иваньков А. Н., Голубцов С. и другие.
Первое время группа занималась только оказанием помощи в освобождении    военнопленных  путем вручения    им фиктивных справок, предоставления убежищ, одежды, продуктов, содействия определению на работу и т. д. Одновременно советские патриотки использовали радиоприемник немецкого офицера, жившего в до­ме Земцевой, слушали сводки Совинформбюро и сообщали военнопленным правду о положении на фронтах Отечественной войны. Военнопленным также    передавались    антинемецкие    листовки, сбрасываемые с советских самолетов.
Обеспокоенные частыми побегами пленных, немцы в феврале 1943 года арестовали Земцеву и Малышенко, но за недоказан­ностью обвинения—освободили. 24 марта за агитацию среди ра­неных пленных была арестована Кутасевич, которой удалось 19 октября 1943 года убежать. 10 сентября 1943 года за распростране­ние листовок, связь с военнопленными, выдачу им документов была вторично арестована Земцева, а также Бурцев, Яненко Лидия и Приступ. Земцева, Бурцев и Приступ вновь были освобождены, Яненко Л., у которой на квартире во время обыска найдена листовка под названием «Вести с Родины» выслана в город Цюрупинск.
Летом 1943 года в связи с приближением фронта подпольная группа занималась сбором оружия, которое хранилось на кварти­рах Василенко, Кутасевич, Тютюник и Земцевой.
Осенью 1943 года   при приближении фронта   к городу Василенко, Чистяков, Блоха, Мовчан, Кобзарь и Иванченко, вооружившись собранным оружием, перешли линию фронта и действовали
совместно с разведывательными отрядами Красной Армии. В боях
за Мелитополь Василенко был тяжело ранен.
В селе Константиновна, Мелитопольского района, в начале 1942 года учитель Красуцкий Н. Ф. и военнопленные командиры Красной Армии Хлопотных М. И. и Полежаев В. Н. организовали подпольную группу, в которую входили учителя и советские во­еннопленные. К концу 1942 года группа насчитывала в своем со­ставе до 20 человек. В распоряжении группы имелся радиоприем­ник, установленный на квартире учителя Плошинского А. А. Пи­тание к радиоприемнику Плошинский доставал у механика Чехоградской МТС Кобзаря А. К. и в городе Мелитополе. Руководил группой Красуцкий Н. Ф.

Работа группы заключалась в проведении широкой антинемецкой агитации среди населения. Подпольщики, принимая по ра­дио сообщения Совинформбюро, составляли сводки и расклеива­ли их на видных местах. Составлялись и расклеивались листовки, призывающие население оказывать сопротивление отправке моло­дежи в Германию, проведению заготовок сельскохозяйственных продуктов и другим мероприятиям оккупантов. Вывешивались так­же лозунги с призывом к населению активно бороться против не­мецких захватчиков. Эти лозунги обыкновенно приурочивались к выдающимся датам — ко дню Красной Армии, 8 марта, 1 Мая и другим советским праздникам, а также к выдающимся событиям на фронтах Отечественной вой­ны. Проводилась также устная агитация. Группа одновременно занималась сбором оружия, ко­торое, однако, использовать не успела.
В марте 1943 года подполь­ная группа была раскрыта не­мецкими карательными органа­ми. Большинство активных уча­стников группы было арестова­но и после   пыток   и избиений расстреляно. Героически погиб­ли   во имя  Родины  Красуцкий Норберт Францевич,  Полежаев
Виктор Николаевич, Хлопотных Михаил   Иванович,    Полежаев Сергей    Николаевич,    Кураков
Анатолий Павлович,  Науменко Николай Александрович,   Карпов Дмитрий Иванович, Черная
Варвара    Ильинична,     Минин Иван Михайлович и Чубарь Василий Иванович.
Большевистское подполье в Больше-Токмакском районе
В Больше-Токмакском районе, на случай оккупации, оставал­ся партизанский отряд в составе 40 человек под командованием Гарбуза В. Р., комиссаром отряда был назначен Харченко, секре­тарем подпольной организации — Веретенников В. В.
Кроме этого, в составе партизанского отряда оставалась от­дельная диверсионная группа в количестве 20 человек. Эта дивер­сионная группа прошла необходимую подготовку по изучению методов диверсионной работы, организации и проведению террори­стических актов, а также развертыванию агитационной работы в тылу врага. Для лучшей конспирации диверсионная группа была разбита на подгруппы по три человека. Во главе каждой такой тройки был старший, на которого возлагалась организация диверсионной работы на закрепленном участке и осуществление связи c командованием диверсионной группы, а через нее и с командова­нием партизанского отряда. Эти тройки имели вооружение и под­рывные средства. Для руководства диверсионной группой было выделено командование — командиром был назначен тов. Шара­пов Л. А., его заместителем тов. Бебешко Е. В., комиссаром т. Очеретько В. А. и заместителем комиссара т. Федюшин В. А.
Однако, с приближением немцев большинство руководителей и часть личного состава подпольных боевых групп партизанского отряда покинула район и ушла с отступающими частями Красной Армии.
В тылу врага остались наиболее стойкие и самоотверженные товарищи Акулов В. К., Бебешко Е. В., Веретенников В. В., Юхименко К. А., Параскева В. П., Рябушко А. М., Федюшин В. А. и Резчик А. X. Оставшись перед фактом распада заранее подготов­ленной партизанской организации тт. Веретенников и Федюшин в октябре 1941 года собрали остальных товарищей и создали под­польную диверсионную группу. Командование этой группой было возложено на тов. Буркута Г. Ф., комиссаром был назначен т. Фе­дюшин В. А., секретарем подпольной партийной организации — тов. Веретенников В. В.
25 ноября 1941 года на квартире тов. Буркут Г. состоялось совещание руководителей подпольной организации, на котором бы­ло принято решение пополнить состав группы за счет проверен­ных людей, в первую очередь стахановцев и ударников советских предприятий и лучших преданных колхозников. В группу были повлечены Вересович А. Т., Колоколов И. П., Буркут Ё. С, Гаркавый В. Т., Щусь П. Д., Шматченко, Полковников, Забелин и дру­гие.
В том же году, но несколько позже, по инициативе тт. Щавы Н. К. — бывшего председателя исполкома горсовета и Акулова был создан партизанский отряд под командованием тов. Акулова. Для связи между диверсионной группой и партизанским отрядом был выделен т. Гаркавый В. Т. Это обеспечивало тесный контакт в деятельности этих организаций, помогало правильно распреде­лять силы для подпольной работы в тылу врага.
Сразу же после оформления, диверсионная группа приступи­ла к активной деятельности. Ею проводились диверсионные акты и саботаж на железнодорожном транспорте, боевые операции по уничтожению немецких солдат и офицеров, а также агитационная работа среди населения.
            В октябре 1941 года тов. Веретенников В.В. заминировал до­рогу Большой Токмак — Ворошиловка, в результате чего на ми­нах подорвалась легковая автомашина с четырьмя немецкими офи­церами. В апреле 1942 года в городе Большой Токмак на улице Володарского тт. Буркут II. Ф. и Полковников напали на немец­кого унтер-офицера, ранили его и изъяли личное оружие. В июле1942 г. тт. Акулов и Полковников на окраине города уничтожили двух предателей-полицейских, грабивших население.    В ноябре года тт. Буркут И. Ф., Щусь П. Д. и Шматченко на перегоне Чокрак — Плавни разобрали рельсы железнодорожной ветки, в результате чего произошло крушение поезда. Движение поездов но этой ветке было приостановлено на несколько часов. В феврале
1942  года на перегоне Большой Токмак — Стульнево произошло крушение железнодорожного поезда, приостановившее движение на двое суток. Этот диверсионный акт был совершен тт. Бурку-том Г. Ф., Фодюшиным, Гаркавым, Буркутом И. Ф., Колоколовым, Вересовичем и Забелиным.
Выполняя указания товарища Сталина о создании невыноси­мой обстановки для врага в его тылу, члены диверсионной группы систематически вредили на железнодорожном транспорте и засы­пали в буксы вагонов металлические стружки и опилки, что выво­дило из строя подвижной состав. Эту работу успешно выполняли тт. Колоколов и Вересович. Члены диверсионной группы тт. Бур­кут П. Ф., Буркут И. Ф. из Больше-Токмакского совхоза угнали лошадей, а тов. Забелин поджег горючее, что серьезно дезоргани­зовало сельскохозяйственные работы, проводимые немцами в этом совхозе.
Несмотря на сложность работы в подполье, постоянную слеж­ку со стороны немцев, советские патриоты с каждым днем усили­вали свою деятельность. Нанося в спину врага удар за ударом, они получали повседневную моральную поддержку, были в курсе со­бытий на советско-германском фронте. Подвергаясь крайней опас­ности, патриоты тт. Федюшин, Веретенников и Жуков установили на своих квартирах радиоприемники, принимали сообщения Совинформбюро, переписывали и распространяли их среди местного населения.
В марте 1943 года гестапо удалось с помощью предателей и местной полиции раскрыть партизанский отряд и диверсионную группу. Большинство членов партизанского отряда тов. Акулова было арестовано, раскрыта была конспиративная квартира комис­сара отряда тов. Щавы. При налете на квартиру т. Щава погиб смертью героя от разрыва гранаты, брошенной им в жандармов. Отстреливаясь от жандармов и полицейских, погиб и командир отряда тов. Акулов.
Немцам удалось схватить тт. Кирюшина, Мащенко. Дзюбу, Щуся, Шматченко, Бебешко, Веретенникова, Буркут П. Ф. и дру­гих. Все эти товарищи подвергались зверским пыткам. Но ничто не могло заставить советских людей на предательство и выдать остальной состав диверсионной группы и отряда.
Исключительный героизм и стойкость проявил при этом Бур­кут Емельян Сергеевич — партизан периода гражданской войны. Кто больше и лучше знал звериное нутро германских империали­стов, как не этот патриот Родины. У него не изгладилось из памяти хозяйничание немецких оккупантов в 1918 г. И когда его племянники  предложили старику войти в подпольную группу, он не колеблясь, согласился включиться в активную подрывную работу против врага. Немало дельных советов получили от опытного ста­рика-партизана члены организации.
В начале 1943 года, когда немцы под ударами Красной Ар­мии катились на Запад и особенно злобствовали, Емельян Сергее­вич Буркут был схвачен и брошен в тюрьму. Его много раз пыта­ли, угрожали расстрелом, требуя выдачи товарищей и склада ору­жия, но ничто не сломило духа советского патриота. Согласившись для вида указать место хранения оружия, т. Буркут подвел немцев к колодцу и на глазах своих мучителей бросился в него, не вы­дав ни своих товарищей, ни склада оружия. Так погиб самый ста­рый член подпольно-диверсионной группы.
Массовые аресты и репрессии немецких оккупантов вынуди­ли оставшихся членов подпольной организации прекратить свою деятельность и скрыться. Но это было уже перед приходом Крас­ной Армии.
Каменско-Днепровский район
Для действий в Каменско-Днепровском районе обком КП(б)У организовал партизанский отряд численностью в 22 человека. Од­нако в тылу врага отряд не действовал. Большая часть его влилась и Красную Армию, а оставшиеся в селе Ивановке 5 партизан были схвачены полицией и расстреляны. Командиру отряда Концуру удалось избежать ареста и, скрываясь, он дождался прихода Крас­ной Армии.
Запорожский облвоенкомат оставил для организации подполь­но-диверсионной работы в Каменско-Днепровском районе урожен­ца этого района, коммуниста Баранова Кирилла Ивановича—бывшего преподавателя учительского института гор. Осипенко. С марта 1942 года Баранов К. И. приступил к осуществлению порученного задания и, благодаря настойчивости, терпеливому отбору лю­дей, добился того, что с июня 1942 г. на территории района актив­но стала действовать подпольная группа, которая к концу 1943 го­ла в своем составе насчитывала 30 человек. Из этого числа 13 че­ловек составляли активно действующий партизанский отряд, ко­торый с марта 1942 года по ноябрь 1943 года находился в Днепров­ских плавнях. Остальные 17 человек постоянно проживали в селе Большая Знаменка, где проводили разведывательную и агитаци­онную работу и совершали отдельные диверсионные акты.
В сентябре 1943 года в плавнях приземлились 4 советских парашютиста — Сухов Николай Александрович, Фильчагин Алек­сей Андреевич и еще два, фамилии которых не установлены, под кличками Николай и Юрий. Группа через партизанский отряд ма­йора Кирпы, который действовал на правом берегу Днепра, в плав­нях «Темная», была связана со штабом партизанского движения  Украинского фронта.
Используя кулацкое происхождение члена группы Кружкова Федора Васильевича, Баранов устроил его на должность замести­теля начальника полиции села Большая Знаменка. Работая в полиции с июня 1942 года по октябрь 1943 г., Кружков добросовест­но информировал группу о намечавшихся немецкими властями мероприятиях: о предполагаемых арестах советского актива, о го­товящихся наборах молодежи для посылки в Германию, о намечае­мых заготовках хлеба, продуктов, скота и т. д., что давало воз­можность принимать меры для срыва этих мероприятий. Так, на­пример, при помощи Кружкова группа не допустила ареста Силина И. Ф, Суязова Е., Баранова С. Д., Панкеева С. М., Дудкина Д., Середы С. Н., семьи Ивановых и других из числа советского акти­ва. Перечисленные лица впоследствии оказывали большую по­мощь подпольной организации.
В октябре 1943 года Кружков был разоблачен немцами и при­сужден к расстрелу, но при конвоировании бежал и до 2 февраля 1944 года действовал в составе партизанского отряда.
Активную помощь оказывали подпольщикам заведующий ап­текой Шерстюк Е. А., врач Молодыко М. М., которые путем приви­вок вызывали искусственные заболевания у молодежи, выдавали фиктивные справки о болезнях, чем способствовали освобождению молодежи от угона в немецкое рабство. Шерстюк, кроме этого, ока­зывала подпольной организации помощь денежными средствами, продуктами питания, медикаментами, перевязочными материала­ми, немецкими бланками и справками.
Подпольная организация через своих членов Ясницкого А. И., Федорченко П. П. и других, работавших на заводе по переработ­ке фруктов, проводила вредительскую работу, выводила из строи моторы, портила и расхищала продукцию. Машинист Ясницкий вывел из строя электромотор и паровой котел. Каменщик Федор­ченко при цементировании засольных ям добавлял в цементный раствор соль, что приводило к утечке раствора и порче большого количества абрикос. С завода похищалось значительное количество продукции, из которого 1,5 тонны повидла было отправлено в плавни для питания партизанского отряда.
Членами организации проводилась большая агитационная работа, целью которой было укрепление у населения воры в побе­ду Красной Армии, организация противодействия мероприятиям немецких властей, разоблачение лживой немецкой пропаганды. Проводились беседы среди трудящихся, читались сводки Совинформбюро и листовки, сбрасываемые с советских самолетов.
Осенью 1943 года активизировались действия партизанского отряда, находившегося в плавнях. Партизаны минировали дороги, совершали нападения на автомашины, перевозившие военные грузы к фронту, убивали немецких солдат и офицеров, а также их ставленников—изменников Советской Родины. Всего партизанами убито 33 немецких солдат и офицеров, подорваны танк и 11 автомашин с военными грузами, сожжена немецкая моторная лодка.
В этих операциях непосредственное участие принимали: Баранов К. И., Федорченко И. М., Сухов Н. А., Фильчагин А. Л., КружковФ. В., Кузовлев Г. П., Федорченко П. П.   и два погибших бойца-
парашютиста, фамилии которых не установлены.
В ноябре 1943 года Баранов и его люди, в связи с усиленной и многократной проческой плавней, механизированными частями и пехотой немцев, вынуждены были выйти из плавней и скрываться в селе Большая Знаменка. Часть людей жила у Ивановой Н. В. к специально вырытой в коровнике яме. Баранов долгое время скрывался на квартире у своей сестры, где случайно был обнару­жен жандармерией и арестован. При попытке совершить побег, Баранов был убит, а через четыре дня Большая Знаменка была ос­вобождена доблестной Красной Армией.
В селе Алексеевка, Каменско-Днепровского района, в июле 1942 года комсомолец Тараскин Никифор Климентьевич организо­вал подпольную комсомольско-молодежную организацию под названием «ДОП» - Добровольная Организация Патриотов. Тара­скин Н. К. в мае 1942 года был заброшен командованием Красной Армии в тыл противника и в начале июня из плавней прибыл в село Алексеевку, где проживал под именем Махин Митя, рабо­тая сторожем бахчи в сельхозобщине...
Первой в организацию была завербована комсомолка Почурина Наталья Петровна, затем бывший член сельисполкома Козло­ва Дарья Даниловна, Стрельцова Анна Кузьминична и Белова Ли­дия Никифоровна. До войны они втроем работали в колхозе «Вто­рая пятилетка». В качестве активных участников в группу вошли еще —бывший воспитанник Киевского детского дома Беров Семен Иванович, Приданцева Зоя Дмитриевна и другие. Когда в группе подобралось человек 10 проверенных, преданных Советской Роди­не товарищей, было проведено организационное собрание, на ко­тором избран комитет и руководители организации...
На заседаниях комитета, проводившихся обычно па квартире у Козловой, обсуждались практические задачи, которые стояли пе­ред организацией, давались поручения отдельным ее членам и подводились итоги проделанной работы. К ноябрю 1942 года груп­па насчитывала 25 членов и около 20 кандидатов, содействовав­ших работе организации. Все вступающие в организацию принимали присягу на верность Родине.
Основная задача, которая ставилась и осуществлялась Добровольной Организацией Патриотов, состояла в проведении широкой агитационной работы среди населения. Члены группы активно проводили устную агитацию, особенно среди молодежи. Приданце­ва, Печурина, Стрельцова. Белова, Маслопа и другие под руковод­ством Тараскина писали антинемецкие листовки и воззвания, в которых призывали население противиться мероприятиям немец­ких властей по отправке молодежи в Германию, заготовкам сельскохозяйственных продуктов, а также выступать с открытой борь­бой против немецких оккупантов. Эти листовки и воззвания рас­клеивались и распространялись среди населения окрестных сел:Большая Знаменка, Ильинка, Ольговка, Каменско-Днепровркого
и Больше-Лепетихского районов.
Отсутствие партийного руководства и связи с другими подпольными организациями, слабая конспирация и недостаточная опытность членов Добровольной Организации Патриотов привели
к тому, что после 3—4 месяцев работы эта группа была раскрыта
немецкой жандармерией.                                           
...В конце ноября был арестован Тараскин Н. К.Все арестованные до января 1943 года находились под следствием в городе Никополе.         
Утром 7 января, во время следования к месту расстрела, чле­ны «ДОП» и несколько комсомольцев города Никополя, по знаку поданному Тараскиным, набросились на сопровождавшую охрану, разоружили и выбросили ее из автомашины, после чего стали пры­гать сами. Однако позади машины с арестованными следовала ох­рана, которая из автоматов расстреливала прьгавших на ходу под­польщиков. Из членов «ДОП» погибли Тараскин Никифор Климентьевич, Печурина Наталья Петровна, Лущик Анна Ивановна, Беров Семен Иванович, Белова Лидия Никифоровна, Стрельцова Анна Кузьминична, Тяжлова Акулина Андреевна, Приданцева Зоя Дмитриевна, Козлова Дарья Даниловна и Маслова Елена Гри­горьевна...
Ореховский район
Для организации большевистского подполья в Ореховском рай­оне, на случай оккупации, был оставлен член объединенного Ново-Николаевского райкома партии Минаев И. Л. и секретарями партийных групп С. М. Криворучко и И. А. Осипенко. Руководство
партизанским отрядом возлагалось на А. Н. Колоска (командир), П. С. Стариченко (комиссар) и В. Г. Проскуру (начальник шта­ба).                                              
Ввиду внезапного вступления немцев в район, подпольная сеть организационно оформиться не успела. Оказавшись при под­ходе немцев в местах, не подготовленных для скрытия, Криворуч­ко и Осипенко выехали в глубь страны, где были призваны в Крас­ную Армию и погибли на фронтах Отечественной войны. Член подпольного райкома Минаев оставался в районе и, как уже гово­рилось, в 1942 году скрывался в селе Ново-Яковлевке, но его де­ятельность и дальнейшая судьба не установлены.
Большая часть партизан и руководители отряда отступили из района вместе с Красной Армией...
В ночь с 16 на 17 апреля 1943 года штабом партизанского дви­жения Юго-Западного фронта была заброшена в тыл противника диверсионно-разведывательная группа—спецгруппа № 6, в состане 6 человек, под командованием Хрусталькова Александра Владимировича, которая приземлилась южнее Орехово на 10 кило­метров. Перед группой стояла задача—разведка войск противника и проведение диверсионной работы в районе Пологи—Орехово. С  этой целью члены группы должны были проникнуть на службу в местные учреждения и организации и, осев в указанных районах под видом местных жителей, привлечь к разведывательной и ди­версионной работе надежных, проверенных патриотов из местного населения.
Опросом жителей села Ново-Даниловка, Ореховского района, тт. Антоненко П. В., Латай А. А. и других установлено, что при­землившись в районе этого села и пытаясь найти вещевой пара­шют, группа до 20 апреля скрывалась в Гуриной балке, представ­лявшей наиболеее удобное естественное укрытие в условиях данной местности. Утром 20 апреля вещевой парашют был найден быв­шими членами колхоза им. Чапаева Шмыгаль Т. И. и Стоячко М. М. и доставлен в сельуправу села Ново-Даниловка. Разгоняя находившихся у сельуправы местных жителей, полиция задержа­ла прохожего, интересовавшегося парашютом. Задержанный ока­зался Василиной (заместитель командира группы), который, пос­ле проверки документов, был отпущен и ушел в направлении на Орехово.
Организовав поиски парашютистов, полицейские в 9 часов ут­ра заметили шедших от лесозащитной полосы на Ново-Даниловку мужчину и двух женщин. Увидев полицейских, они хотели уйти в направлении на село Работино, по были настигнуты полицией. Открыв огонь из двух пистолетов, мужчина был тяжело ранен полицейскими из винтовки, после чего он, приподнявшись, застре­лился. Одна из женщин, пытаясь скрыться, была убита, а вторая, убегая, отстреливалась из пистолета до тех пор, пока не увидела перед собой цепь полевой жандармерии и немецких солдат. Тогда она вскочила в овражек и воскликнув: «Партизаны никогда не сдаются!»— последним патроном застрелила себя. Остальные два разведчика, засевшие в Гуриной балке, обнаружили себя тем, что, открыли огонь по подводе с трупами убитых. Вышеупомянутый Стоячко М. М., бросив подводу, убежал к отошедшей к селу поли­ции, после чего Турина балка была окружена жандармами и не­мецкими солдатами. Их было около 100 человек. Неравный бой, длившийся 14 часов, закончился только в час ночи. Женщина бы­ла убита в перестрелке, а смертельно раненный мужчина добит озверевшими жандармами, распоровшими ему живот.
Так героически погибли при выполнении боевого задания ком­мунист Хрустальков Александр Владимирович и комсомольцы Юдинцева Елена Ивановна, Гузанов Иван Васильевич, Жукова Анастасия Гавриловна и Губарева Евдокия Ивановна. Коммунист Василина Михаил Григорьевич в гор. Орехово пытался устроиться на жительство, вскоре был арестован и дальнейшая его судьба неизвестна.
Озлобленные фашистские звери и их прихвостни не ограни­чились жестокой расправой над советскими патриотами, раздев убитых до нательного белья, они приказали их тела зарыть на скотомогильнике. Но советские люди никогда не забывали о трагиче­ской гибели разведчиков-парашютистов. Они с нетерпением жда­ли отмщения. Через несколько дней в Ново-Даниловку приехало трое неизвестных, из которых один был в немецкой форме. Они приказали откопать трупы, обмыть лица и сфотографировать их, а также произвели опрос о фамилиях погибших.
Среди населения широко распространился слух о приезде пар­тизан из Дибрового леса (Днепропетровская область). Несмотря на меры, принимаемые полицией к тому, чтобы придушить эти слухи, они жили до последнего дня немецкой оккупации, выражая веру советских людей в неизбежность возмездия. После освобождения района от немцев, могила героически павших сы­нов советского народа перенесена в центр села.
Кроме подпольных организаций, созданных Запорожским об­комом КП(б)У, в Ореховском районе действовали партизаны-одиночки. Так, в Ново-Белицкой МТС с первых дней оккупации работал Николай Кориненко, который выдавал себя за военноплен­ного. Позже оказалось, что его настоящая фамилия Романов и дей­ствовал он в селе Ново-Белики по специальному заданию, имел радиопередатчик, собирал сведения и передавал их советской раз­ведке. Были случаи, когда под предлогом того, что ему необходимо проведать семью, он отлучался на некоторое время. В действитель­ности же он обходил в соседних селах людей, с которыми был свя­зан, сообщал им новости и собирал разведывательные данные.
В мае 1942 года Кориненко предали. Когда его отправляли в Запорожье, оп бросился с моста в реку, но был легко ранен и за­держан. Судьба Корипедко-Романова неизвестна.
О настроении жителей села Юрковки, находившихся под вре­менной оккупацией, можно судить по такому факту: 8 сентября 1943 года была объявлена всеобщая мобилизация населения для посылки в немецкое рабство. Приказ гласил, что лица, уклоняв­шиеся от выезда, будут расстреляны, а их хаты сожжены, но эти угрозы никого не устрашили. На сборные пункты не явился ни один человек. Люди оставили свои жилища, домашний скарб, пря­тались от немецкой чумы в глубоких оврагах, балках.
В таких условиях один из сельских патриотов, рискуя жизнью, начал выпускать иллюстрированный сатирический журнал «Їжак». Вверху обложки призыв: «Смерть немецким оккупантам!», и затем «Слухайте всі, «Їжак» розповідає, як німець тікає». Этот журнал-листовка разносился по рвам и убежищам, где скрывались советские люди. Он подымал в них дух, призывал держать себя стойко, утверждал веру в грядущую победу...

Деятельность партизанских отрядов в Васильевском районе

Для действий в тылу противника в августе 1941 года был ор­ганизован партизанский отряд Васильевского района в составе 48 человек под командованием члена ВКП(б) т. Дьяченко Л. Г., комиссаром отряда был назначен Гостищев И. И.
С 11 сентября отряд действовал в районе реки Лепетиха, где по заданию командования Красной Армии, совместно с отрядом атоматчиков в количестве 200 человек занимал оборону. После отхода частей Красной Армии отряд Дьяченко вместе с автоматчиками с 6 по 19 октября 1941 года находился в плавнях в тылу немецких оккупантов. Боевых действий партизаны не вели, огра­ничивая свою деятельность разведкой.
20 октября 1941 года в связи с наступлением осени, отряд Дьяченко мелкими группами вышел из плавней. Каждая группа имела задание проводить диверсионную работу. Однако часть групп сложила оружие и прошла регистрацию в полиции, после чего вскоре большинство партизан было арестовано и расстреля­но. Остальные партизаны были выданы полиции, проникшим в отряд провокатором Мягким.
Командир отряда Дьяченко, потеряв связь с группами, пере­шел линию фронта и до конца войны   находился в Красной Армии. О судьбе комиссара отряда    Гостищева, который вышел из плавней с одной из групп, никаких данных не имеется.
В ночь с 27 на 28 июня 1943 года штабом партизанского дви­жения Юго-Западного фронта в Днепровские плавни Васильев­ского района была заброшена диверсионно-организаторская груп­па в составе 10 человек под командованием Ильченко П. Г., комиссаром группы был назначен Лиманчеико К. И. — бывший секретарь по кадрам Осипенковского горкома КП(б)У. Одновременно в Васильевский же район забрасывались диверсионно-организаторские группы Мацюры И. Д. и Кабалина А. Ф. Перед группами стояла задача создать партизанские отряды из местного населения для проведения боевых действий по уничтожению тех­ники и живой силы противника, организации диверсионной и разведывательной работы в тылу врага. Было установлено время и место встречи всех групп для совместных действий. Однако по вине экипажа самолета группа Мацюры была выброшена за пре­делы Васильевского района и в условленное место не явилась. Не явилась к месту встречи, ввиду гибели большинства своего соста­ва, и группа Кабалина.
            Группа Ильченко должна была выбрасываться тремя залета­ми самолета. После приземления первой очереди (Лиманченко), на ее сигналы вторым залетом выбрасывается подгруппа Ильчен­ко и затем грузовые парашюты. Но этот порядок соблюден не был. Люди и вещевые мешки были сброшены тремя очередями в один залет самолета, что привели к рассеиванию группы и поте­ре груза.                                     Группа в составе четырех человек во главе с Ильченко, не обнаружив вещевых парашютов и не сумев связаться с группой Лиманченко, направилась к линии фронта. По пути к фронту боец группы Иванов Е. П. был захвачен полицией и дальнейшая судьба его неизвестна, остальные — Ильченко П. Г., Водолажский Г. Ф. и Акименко М. Г. перешли линию фронта и вступили в ряды Красной Армии.                                        Из группы Лиманченко, после приземления, собралось четы­ре человека, а именно: Лиманченко К. И., Попова Т. С, Данильев В. Ф. и Диатилович А. М.. Мариненко С. М. и Колесник А. С. найдены не были. Впоследствии установлено, что Мариненко и Колесник, не найдя свою группу, организовали самостоятельную группу партизан в составе 20 человек, влившуюся затем в парти­занский отряд Яценко. В составе этого отряда Мариненко и Ко­лесник находились до соединения с Красной Армией.          Обосновавшись в плавнях, между селами Балки и Благове­щенское, группа Лиманченко установила связь и развернула аги­тационную работу среди местного населения близлежащих сел.. Члены группы проводили индивидуальные беседы, распространя­ли сводки Совинформбюро и листовки, призывающие советских людей активно бороться против немецко-фашистских захватчиков. К средине октября 1943 года группой был организован партизан­ский отряд численностью в 50 человек. Ввиду того, что вещевые парашюты с оружием и боеприпасами во время приземления бы­ли потеряны, партизанский отряд вооружился путем нападения на мелкие группы и одиночных солдат врага...
К подходу Красной Армии отряд насчитывал 220 человек, в числе которых было 7 парашютистов, 118 военнопленных Красной Армии и 95 человек местных жителей. За время боевых действий отрядом уничтожено около 100 немецких солдат и офицеров и 3 вражеских автомашины.
Диверсионно-организаторская группа Мацюры в составе 11 человек 28 июля 1943 года вместо Васильевского района была вы­сажена на берегу озера Молочное, Приазовского района, Мацюра и еще 5 человек, приземлившиеся первыми, не смогли разыскать выброшенных второй очередью комиссара группы Бровуна П. А., Ниманихина А. Б., Галузинского А. П., Гонту Е. Ф. и Нассонова В. И., а также грузовые парашюты. После безрезультатных поис­ков перечисленных лиц и грузов, которые, очевидно, упали в озе­ро и утонули, Мацюра со своей группой направился в назначен­ный район действий — Днепровские плавни, куда прибыл 12 ав­густа.
Установив связь с населением сел Балки, Скельки, Златополь и других, группа распространяла советские листовки и собирала разведывательные данные, которые передавались штабу парти­занского движения Юго-Западного фронта. 26 августа группа по­полнилась за счет сброшенных с самолета Блавацкого В. Г., Макушина А. И. и Попова с грузом оружия, боеприпасов и продо­вольствия. Серьезных мероприятий боевого и диверсионного ха­рактера группа из-за нерешительности Мацюры не предпринимала. В связи с этим, приказом штаба партизанского движения Юго-Западного фронта 19 сентября 1943 года командиром группы был назначен Яценко А. И., а комиссаром Косенков В. П. При этом группа перебазировалась на новое место, оставив на старой базе Мацюру, который находился там до подхода Красной Армии.
Кроме агитационной и разведывательной работы группа про­водила отдельные диверсионные акты и нападения на мелкие группы и одиночных солдат противника, одновременно пополняя свои ряды за счет советских патриотов из числа местного населе­ния. На 1 ноября 1943 года, т. е. при соединении с Красной Ар­мией, группа Яценко выросла в партизанский отряд численно­стью свыше 50 человек.
Диверсионно-организаторская группа в составе 10 человек под командованием Кабалина А. Ф. была высажена 29 июля 1943 года вместо Днепровских плавней в степи вблизи села Балки, Васильевского района. При приземлении группа была обнаруже­на полицией и разгромлена. Командир группы Кабалин А. Ф. и радистка Волкова М. А., приземлившись на ток колхоза, пытались скрыться, но были задержаны полицией, арестованы и их дальней­шая судьба неизвестна. Неизвестна также судьба Петриченко И. Н., который исчез из отряда при приземлении.
Члены группы Горовой А. Н., Красненко И. К. и Колесник В. Д. пытались уйти в направлении села Благовещенское, Каменко-Днепровского района, но были настигнуты полицией и в завязавшейся перестрелке Горовой был убит, Колесник тяжело ра­нен и умер в больнице села Ивановки. Красненко попал живым в руки полиции и его дальнейшая судьба не установлена.
Рогулин П. Г. пытался устроиться на работу в колхозе, а затем пытался достать у старосты села Балки пропуск для проезда в город Симферополь. Не достав пропуска, он из села Балки вы­ехал на проходившей автомашине. Дальнейшая его судьба точно не установлена. По показаниям местных жителей села Благовещенки, в начале августа недалеко от села Ивановка, немцами был убит неизвестный, труп которого долго полиция не разрешала уби­рать. По описанию, труп неизвестного соответствовал приметам Рогулина.
Комиссар группы Силло М. П., начальник штаба Корнилов В. В. и боец Дроздов В. И. продолжительное время скрывались в плавнях. Корнилов В, В., подорвавшись на мине, умер, а Силло и Дроздов были найдены партизанами Лиманченко. Силло впос­ледствии в отряде Лиманченко выполнял обязанности заместите­ля командира отряда по политчасти.
Вблизи села Скельки, Васильевского района, 16 августа 1943 года была   высажена в составе   8 человек диверсионно-организаторская группа имени Калинина. Командиром группы был Панков И. А., комиссаром Иваненко М. М. Обосновавшись в указан­ном районе, группа установила связь с рабочими подсобного хо­зяйства завода «Запорожсталь» и населением села Скельки, ис­пользуя советских патриотов для сбора разведывательных данных и агитационной работы, путем распространения листовок. Кроме того, группой проводились мелкие диверсионные акты по унич­тожению живой силы и транспорта противника в районе своего базирования. 27 октября 1943 года группа в полном составе со­единилась с частями Красной Армии.

Молодежная боевая группа «За Советскую Украину»

Подпольная группа молодых патриотов села Балабино, Запо­рожского сельского района, возникла в октябре 1942 года по ини­циативе 16-летней школьницы Майи Самсыки.
Достав газету, в которой была помещена речь товарища Ста­лина на параде Красной Армии 7 ноября 1941 года, Майя Самсыка решила поведать односельчанам о незабываемых словах вождя советского народа. Изготовив 12 листовок, она с помощью Алексеенко В., расклеила их ночью возле полиции, сельуправы, на базарной площади, в клубе. В листовке полностью была приведе­на выдержка из речи Верховного Главнокомандующего: «Еще несколько месяцев, еще полгода, может быть годик, — и Герма­ния должна лопнуть под тяжестью своих преступлений». Под ли­стовкой стояла загадочная подпись «ЯДКИМ» — я дочь Комму­нистического Интернационала Молодежи.
Появление листовки всполошило полицию села, десятки лю­дей были вызваны на допрос, многих пытали, но никто не наз­вал имени смельчака, никто не выдал юную патриотку.
Майе, однако, казалось, что этого мало. Хотелось настоящей большой борьбы. Она нашла своих школьных друзей и поделилась своими мыслями. Соученики Иван Швец, Владимир Говорун, Ва­силий Колядко, Анатолий Рыбальченко, брат Анатолий Самсыка с радостью поддержали предложение Майи о совместной борьбе против немцев, хотя не каждый еще представлял толком в чем должна она выражаться. Эти вопросы молодежь обсуждала на за­седаниях, которые проводились на квартире Майи.
Приближавшийся великий праздник трудящихся 7 ноября 1942 года, молодежь хотела встретить достойно. В этот же день члены группы, вооружившись гранатами, на перегоне Кушугум— Запорожье-1 усердно отвинчивали гайки с рельсов, разбирали путь. Удалившись в лес, они видели как шедший из Канкриновкн поезд с бешеной скоростью приближался к месту неминуемой аварии. Через несколько мгновений под откос пошел немецкий эшелон. Разбились паровоз и 10 вагонов, груженных зерном. Под обломками железнодорожного состава погибло 12 немецких солдат. По дороге на двое суток прекратилось движение. Это бы­ло первое крушение поезда на территории Запорожской области.
Оккупанты неистовствовали. За головы партизан было обещано крупное вознаграждение.   Но никто из советских людей на него не польстился.
5 декабря на том же перегоне у села Балабино группа пыталась совершить второе крушение. Ночью на рельсы были наложены шпалы, но крушение не произошло. Не удалось крушении и в апреле 1943 года, когда возле совхоза им. Сталина был разведен
стык рельсов. От сотрясения рельсы сошлись сами собой, и поезд прошел без задержки.
28 февраля 1943 года молодые патриоты совершили крушение в районе балки Сухой. Были уничтожены паровоз и 6 платформ с военной продукцией. При этой катастрофе погибло 80 немецких охранников. Третье по счету крушение было произведено группой 8 августа 1943 года возле станции Балабино, когда разбились паровоз и 10 товарных вагонов.
Кроме организации крушений, группа много доставляла беспокойства немецким оккупантам порчей телефонной и телеграфной связи.
Особое внимание группой было обращено на агитационную работу. Участник молодежной группы Василий Колядко был вва ком с радиотехникой. Он сконструировал радиоприемник и таким образом группа   всегда была   в курсе того, что   происходит    на фронте, в стране. Особенно усилилась агитационная работа среди населения, когда началась массовая отправка молодежи в немец кое рабство. Повсюду появлялись листовки с надписью «Прочти к передай товарищу». В пламенных словах призывались одНоСЭЛЬ чане всячески сопротивляться мобилизации.
Так подпольная группа молодежи села  Балабино, руковод ствуясь чувством патриотического долга и глубокой ненавистью 1, немецким оккупантам — злейшим врагам советской молодежи и всего нашего народа, боролась за освобождение своей люби мои Родины.
Партархив  Запорожского  обкома   КП   Украины,   ф.   103,   д.1,   лл.   1—101.   Подлинник
№ 150
ИЗ ВЫСТУПЛЕНИЯ ЗАМ. КОМАНДИРА ЧАСТИ ПОЛКОВНИКА
КУЧЕР В. Е. О БОЯХ ЗА ОСВОБОЖДЕНИЕ гор. ЗАПОРОЖЬЯ
И ОБЛАСТИ НА СОБРАНИИ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ
ОБЩЕСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИИ ГОРОДА 26 ДЕКАБРЯ
1957 ГОДА, ПОСВЯЩЕННОМ ВСТРЕЧЕ С ДЕЛЕГАЦИЕЙ
АРТИЛЛЕРИЙСКОГО СОЕДИНЕНИЯ*)
Сентябрь 1943 г. — февраль 1944 г.
В 1943 году наше соединение участвовало    в освобождении города Запорожья и Запорожской области.
На этом этане боевых действий я позволю себе остановить­ся несколько шире.
20 сентября 1943 года войска 3 Украинского фронта, в состав которых входило и наше соединение, подошли к городу Запо­рожью. Придавая большое значение удержанию города Запо­рожья, немцы создали вокруг него многополосную сильно укреп­ленную зону обороны.
Неоднократные попытки наших войск в период с 23 сентября по 1 октября овладеть городом не увенчались успехом. Началась усиленная десятидневная подготовка прорыва обороны немцев.
10 октября в 7 часов утра, после мощной артиллерийской подготовки, части фронта перешли в наступление. Наступили напряженные бои по овладению Запорожским укрепленным райо­ном. Немцы яростно сопротивлялись и непрерывно контратакова­ли. Однако наши войска медленно, по 1 — 3 километра в сутки, но упорно продвигались вперед. А в ночь на 14 октября реши­тельной атакой танков и мотопехоты, при поддержке артиллерии, сопротивление врага было сломлено, город был освобожден. Сре­ди освободителей города были и наши артиллеристы.
Бои за освобождение южной части Запорожской области про­должались вплоть до февраля 1944 года.
Среди населенных пунктов области, за которые наши артил­леристы вели упорные бои, можно назвать: Большой Токмак, Ново-Александровка, Большая Белозерка, Янчекрак, Каменка-Днеп­ровская.
Артиллеристы соединения в этих боях совершили много славных героических подвигов, показали мужество и мастерство.
Приведу некоторые примеры:
Героический подвиг совершил наводчик Пермяков. При от­ражении одной из танковых контратак противника весь расчет, за исключением Пермякова, был выведен из строя. Оставшись один у орудия, Пермяков в единоборстве с 5 немецкими танками вышел победителем. Он подбил 2 танка и 1 сжег. Остальные от­ступили.
Героизм и бесстрашие проявили артиллеристы под командо­ванием офицера Кондратюка при отражении контратаки 20 вра­жеских танков. Метким огнем они уничтожили 13 танков. В этом бою особенно отличились расчеты старшего сержанта Молодых и сержанта Филина. Их орудия уничтожили по 4 вражеских танка.
Во фланг нашей атакующей пехоте вышли 4 немецкие са­моходные артиллерийские установки. Своим огнем они наносили большие потери. Орудие сержанта Чудина под огнем противника было выведено на прямую наводку и вступило в артиллерийскую дуэль с ними. Точным огнем наводчика Точиева 2 установки вра­га были подожжены, остальные отступили. Наводчик Точиев по­гиб в этом бою.
Навеки прославлено имя храброго разведчика сержанта Ве­личко. Лишившись связи с командиром и видя как в атаку выхо­дят наши танки, он принял смелое решение: сесть на броню тан­ка и ракетами указывать цель. Около двух часов под огнем про­тивника ездил на танке разведчик Величко, разведывая и указы­вая важные цели. Будучи уже смертельно раненным тов. Величко выпустил последнюю ракету.
Мужество и отвагу проявил дивизион капитана, ныне подпол­ковника, Буданова. В ходе боев пехота продвинулась вперед. На прикрытие стыка между двумя дивизиями ночью был выдвинут на прямую наводку артиллерийский дивизион Буданова. На рассвете в сильном тумане началась контратака нескольких десят­ков немецких танков. Пехота вынуждена была отойти за позиции артиллеристов. Грохот танков, разрывы снарядов, непрерывные пулеметные трассы окутали орудийные расчеты. Но храбрость бойцов остановила этот железный натиск. Командир батареи лей­тенант Величенок, будучи тяжело раненным, продолжал руково­дить боем своего подразделения до его победного окончания. Командир орудия  коммунист Тоболюк один остался в расчете, но орудие продолжало вести огонь. 11 танков были подбиты в этом бою, остальные повернули обратно. Дивизион был удостоен личной благодарности командующего армией.
Таких примеров можно привести много…

…Мы никогда не забудем тех тяжелых испытаний, которые выпали на долю запорожцев в годы Великой Отечественной вой­ны. За 24 месяца и 10 дней оккупации фашистские варвары раз­рушили заводы, взорвали плотину и гидростанцию, превратили в руины социалистический город, расстреляли и замучили 43 тыся­чи стариков, мужчин, женщин и детей, угнали в немецкое рабство 58 тысяч человек молодежи.
Но никакие трудности и лишения не могли сломить совет­ских людей. Преодолевая упорное сопротивление врага, части доблестной Советской Армии 14 октября 1943 года освободили город Запорожье. Среди освободителей были и наши славные артилле­ристы…
Партархив Запорожского обкома   КП  Украины,  ф.  337, д.  44, лл.  7—10,  13—16. Подлинник.















Комментариев нет:

Отправить комментарий