Літопис запорізької полiцiї

Україна понад усе!

вторник, 15 октября 2013 г.

«Серийный» маньяк обвиняется в убийстве трех женщин


Взрослые придумали себе на забаву страшные сказки и назвали их эротическими триллерами. Рекою льется с экранов кровь и семя, зияют ранами растерзанные тела. Представьте, многим нравится. А как насчет реального, неэкранного, мань­яка, делающего эти страшные сказки былью где-то на соседней улице?
Цитата из обвинительного зак­лючения: "Обстоятельств, смягчаю­щих ответственность обвиняемого, не установлено". Это значит, что не отыскалось ни одного мало-мальски убедительного факта, чтобы оправ­дать Андрея, подозреваемого в убий­ствах с особой жестокостью трех женщин и покушении на жизнь чет­вертой. Ему сейчас 29 лет. Полгода сидит в заключении, то давая пока­зания, то отказываясь от них. Но убий­ца был не так изворотлив и осторо­жен, чтобы не оставить доказательств своих преступлений. Кажется, наобо­рот - слишком самонадеян.
Первое (во всяком случае из доказанных на сегодня) убийств он совершил на рассвете 6 ноября 1995 года. В то время Андрей был стар­шим смены
спецдружины, специали­зирующейся на охране учреждений. Вечером накануне доблестные дру­жинники заступили на охрану покоя и порядка в одной из городских боль­ниц. Чтобы веселей скоротать ночь на дежурстве, охранники нашли вы­пивку и двух покладистых юных дев - Олю и Марину. Под утро Андрей, как старший, обеспокоился ожидае­мым скорым прибытием смены и стал без лиш­них церемоний выпрова­живать дам с места не­сения службы. Захме­левшие и подуставшие после ночных оргий де­вушки отказывались ни свет ни заря выбираться из теплой комнаты на холодный ноябрьский дождь А пришлось.
Андрей  пошел провожать Марину. Де­вушка по пути чертыха­лась, кляла дождь и гро­зилась рассказать кому положено, чем охранни­ки занимаются в рабо­чее время.
"Мне ничего дру­гого не оставалось, как убить ее", - лаконично объяснит потом свои действия Андрей. Он размозжил рукояткой складного ножа голову Марины и спокойно вернулся к компании, что­бы проводить другую свою жертву - Ольгу. Девушке не суждено было по­пасть домой, как и ее товарке. А все потому, что по пути она могла уви­деть тело подруги. Андрей уводил Олю от места недавнего преступле­ния, а та никак не могла понять, по­чему он ее тащит в сторону, проти­воположную дому. Андрей очень не любил, когда что-то идет не так, как хочется ему. При помощи несколь­ких ударов ножом он положил ко­нец вопросам девушки, начавшей было высказывать неудовольствие маршрутом. Даже не стал марать­ся, чтобы спрятать трупы...
Сдал смену и забыл о слу­чившемся.
А Марина выжила. Долгое вре­мя она оставалась неконтактной - час­тичный паралич. Так получилось, что несчастная - из многодетной херсонс­кой семьи, никому не была нужна в Запорожье, кроме милиции, потому как ее показания много значили. Ее прописали в спецприемнике, выписали даже временный паспорт, чтобы она могла лечиться в областной больнице. Марина и сейчас там находится - до сих пор не востребованная родней моло­денькая девушка - инвалид. Она снова может говорить, но в голове у нее пос­ле полученной травмы вряд ли оконча­тельно прояснится.
Андрей тем временем бросил работу в спецдружине и стал зани­маться частным извозом. Поздним вечером 27 апреля 1996 года его "тормознула" подвыпившая женщи­на. Молодые люди без труда нашли общий язык и повод зайти к новой знакомой Нине "на кофе". Выпили за встречу на кухне хозяйки и перебра­лись в спальню. Неизвестно, чем не угодила ночному гостю Нина... Анд­рей сходил на кухню за ножом и ис­кромсал грудь полусонной женщи­ны - так чтоб уж наверняка. Потом по-хозяйски обошел квартиру, как он объяснял позже - чтобы инсценировать ограбление.
Похитил магнитофон «Весна», дешевую икону и шесть квадратных метров кафельной плитки. Трофеи отвез матери в село, чтобы добро не пропадало.
            Малышка - учитывая образ жизни матери - росла самостоятель­ной. Проснувшись поутру после убий­ства матери, она еще целые сутки провела в закрытой квартире с окровавленным обнаженным трупом. Нашла себе покушать, играла, пока мама спит. Лишь утром 29 апреля девочка открыла дверь знакомой тете - чужим было не велено..
Следующая легкая добыча слу­чилась Андрею вскоре -16 мая. Ве­чером он с приятелем Виктором проезжал мимо автовокзала, где голо­совали две молодые девушки. Девуш­ки хотели добраться до Павло-Кичкаса. Молодые люди живо сообра­зили, что может получиться нечто более интересное, нежели просто скуч­ная поездка...
Как оказалось, 17-петние Аня и Света приехали в Запорожье из Куй­бышевского района скупиться и раз­влечься. Почему бы не начать путе­шествие с экскурсии по городу в приятном обществе?
Компания зарулила на вокзал "Запорожье-1" за выпивкой и закус­кой, но попалась в сети ГАИ - при­шлось делать крюк на освидетель­ствование по поводу наличия алкого­ля в крови у водителя, Андрея. Такая малость, как задокументированная "легкая степень", не помешала начи­нающемуся веселью. Поступило предложение продолжить майский вечер на городском пляже. Роман­тический флер слетел с вечеринки, а равно и с кавалеров, когда девушек поочередно стали не по-джентльмен­ски приглашать в пляжные кабинки, ускоряя процесс раздевания рукоп­рикладством. Проще говоря, нача­лось банальное вульгарное изнасило­вание, в том числе и в извращенной форме. Чувствуя, что добром не за­кончится, Аня в перерыве предложи­ла Свете уносить ноги. Но та отказа­лась: мол, у них в машине пакет и сумочка. Аня все-таки убежала, спря­тавшись между лодок на лодочной станции. Света все еще наивно наде­ялась, что попользуются, да отпус­тят. Еще и угрожала, де - теперь за­ставит жениться. Бедная девушка, знала бы, кому перечит...
Андрея, что называется, пе­ремкнуло. Его приятель по частно­му извозу, 24-летний Виктор, при­вык подчиняться своему более вла­стному напарнику и безропотно со­гласился ехать на остров Хортицу, чтобы свершить возмездие. Андрей приказал Виктору оставаться в ма­шине, пока он самолично будет разбираться с девчонкой. Тот и зас­нул. А для Андрея самое интерес­ное только началось. Он связал девушку бюстгальтером от купальника.
 Хотя - кто бы услышал ее крики глухой ночью в лесопосадке на Хортице... Потом подвесил девушку за воло­сы на ветке акации, избивал молот­ком, пока не отлетела деревянная рукоять. Ветка обломалась - про­должал бить отверткой и ногами. Истязания длились больше часа. Закончил Андрей тем, что вог­нал одним ударом отвертку в голову несчастной... Растолкав сонного при­ятеля в машине, отправился отдыхать. Позже жена Андрея расскажет, что вернулся он домой на рассвете 17 мая, поспал всего несколько часов, а потом весь день ходил какой-то "за­думчивый"...
Андрея не остановило от убий­ства ни то, что "Москвич" его "от­метился" в ГАИ, ни то, что. одна из пострадавших убежала и наверняка тут же заявит в милицию (что та и сделала). Конечно же, скоро за ним пришли. Видимо, в момент убийства его интересовало только насилие и больше ничего. Как и все садисты, он ги­пертрофированно себя­любив и свято чтит соб­ственные желания. Те­перь в заключении его охватила жалость к себе, любимому...
Благодаря дедушке Фрейду и волне психоло­гических и эротических триллеров, мы уже мно­го знаем о маньяках, в том числе сексуальных. Неизвестно одно: как его вычислить до первой жер­твы. Психоанализ советует искать причинные свя­зи в прекрасном далеко, детстве преступника. В самом деле: на просто­рах отечества несть чис­ла тем, чьи отцы выпива­ли и поколачивали жен, а матери вовлекали детей в личную жизнь; которых склоняли к инцесту род­ственники; задразнивали сверстники; уродовали морально родители. Но ведь не всех же отголосок трудного детства заставляет охотиться за людьми, убивая и насилуя. Почему "цепля­ет" немногих, но уж наверняка?
Полтора года Андрей прослу­жил в запорожской милиции, в пат­рульно-постовой службе. Был уволен за циничное отношение к людям и злоупотребление алкоголем. По ре­зультатам обязательного для работ­ников милиции психологического те­стирования 6ыл сделан вывод, что Ан­дрей способен на неадекватные дей­ствия, если события развиваются не так, как он хочет. По месту работы он был охарактеризован, как "мо­рально разложившийся человек". А дома? Неужели в семье события все­гда развивались так, как он хотел, и не было даже намека на жестокость, которую замечали многие? Близкие продолжают уверять, что он пример­ный сын, муж и отец...
Мать винит во всем убитых женщин - сами, мол, виноваты, да еще и сына ее загубили. Чужие жиз­ни, разумеется, не в счет, как и стра­дания чужих родителей, похоронив­ших своих растерзанных дочерей. Они могут быть виноваты только в том, что выросли бедными овечка­ми - неразборчивыми, легковерны­ми, непростительно наивными. Беда еще в том, что наши героини - не последние красные шапочки, не рас­познавшие под бабушкиным чепцом зверя. Вместо хмельного миража любви - насилие, кровь, смерть.
Рассмотрение этого дела обеща­ет быть долгим. Все имена участников трагедии изменены, поскольку приго­вор по делу еще не вынесен.
«Теленеделя» № 2 -1997  Валентина Иванченко
Автор благодарит за помощь в подготовке статьи начальника отдела по борьбе с
преступлениями против личности Запорожского горуправления милиции Александра Новикова


Комментариев нет:

Отправить комментарий