Літопис запорізької полiцiї

Україна понад усе!

суббота, 7 января 2012 г.

ШКОЛА ЖИЗНИ АНАТОЛИЯ КОТОВА



Осталось всего несколько дней до очередной даты Великой Победы. Победителей с каждым годом, да что там с годом - с днём,  становится всё меньше и меньше... Они уходят. Уходят в вечность. Где-то на перекрестке еще можно увидеть неторопливо шагающего старичка с тяжестью боевых наград и  старушку с убеленными сединой волосами с привядшей гвоздичкой в руках. Это ветераны. Они сделали невозможное в той войне, чтобы пришла Победа. Поколение Анатолия Котова, которое война застала подростками, прошло через все круги ада. Пятнадцатилетними они стали рядом со взрослыми за станки, сеяли и убирали хлеб, а потом, когда пришло их время, пошли  военными дорогами ломать проклятую войну, надеясь на счастье выжить.                    
В восемь лет Анатолий Котов остался без отца – 34-летним ушел он из жизни, оставив четверых детей. Мать была неграмотной, работала в колхозе в калужской глубинке, семья еле сводила концы с концами. Но школу Анатолий не бросал. Четырехклассная, она находилась в родном селе. В семилетку же приходилось ходить за пять километров, в снег и в ветер, в ветхой одежонке и лаптях. Но несмотря ни на что, школу он не пропускал  и учился старательно. Неизвестно, как сложилась бы его судьба дальше, но тут подвалило счастье: на колхоз выделили четыре места в ремесленном училище,
расположенном в Ленинграде. Радости Анатолия не было границ, ведь возможности учиться дальше в селе не было, а тут и одежду форменную выдали, и бесплатным трехразовым питанием обеспечили, и общежитием, а главное стали учить на столяра–модельщика.                                                    Только закончился первый учебный год, началась война. Пятнадцатилетние  ремесленники были направлены на строительство оборонительных сооружений  в прифронтовой полосе, в то время как фронт все ближе и ближе подкатывался к  Ленинграду.
В блокадном Ленинграде
Частенько приходилось, побросав лопаты и носилки, сломя голову мчаться в укрытие от бомбежек. Руки ребят перевернули не один десяток тонн земли, сооружая противотанковый ров. Но ни на что не жаловались и не роптали, все понимали, что идет война.  Когда вслед за бомбежками подкатился грохот орудий, на линию обороны стали подходить подразделения Красной Армии. Для трудармии нашлась другая работа: к передовой, прямо в боевые порядки войск, юнцы таскали тяжелые ящики с патронами и снарядами, попадая под минометные и пулеметные обстрелы. Назад же тянули на волокушах раненых и погибших бойцов. Один из таких походов закончился для Анатолия Котова ранением: осколок пропорол  одежду и оставил на животе неглубокую борозду.  А вскоре он и вовсе оказался на больничной койке. Осколок мины вонзился  в мягкие ткани ниже позвоночника, оставив отметину на всю жизнь. Восьмого сентября 1941 года замкнулось кольцо окружения Ленинграда. Началась блокада. Ремесленников  вывели из передовых линий и поручили бороться в городе с зажигательными бомбами. Расположившись на крышах домов, подростки следили за тем, куда падают сброшенные с немецких самолетов зажигательные бомбы, затем тушили их водой и песком. Однажды во время такого налета от взрыва крупной фугаски снесло крышу дома, где находились дружинники ПВО, и ребята вместе с обломками рухнули вниз. Анатолий отделался сильным ушибом спины, который долго давал о себе знать. А потом пришел голод.  Суточный паёк составлял  тарелку «калорийного» супа, похожего на клейстер, 250 г черного хлеба, который делился на три части, в обед 13 вареных фасолин, вечером  еще стакан чая и половинка конфеты. Ребята стали похожи на ходячие тени, а ведь нужно всю ночь дежурить на крыше. Днем они помогали собирать на улицах умерших от голода людей и хоронить их. Сегодня это выглядит кощунственно, но, если умирал от голода  товарищ, другие старались вызваться отвезти его на кладбище - тогда неполученная пайка разделялась между ними. Однако, несмотря на жесточайшие условия жизни, не было среди  ремесленников случаев  воровства.  Как только по дороге жизни, через Ладогу, пошли первые караваны транспорта, руководство блокадного города решило эвакуировать  ремесленные училища, в том числе и  №52 . К тому времени из 400 учащихся в живых осталось около половины. Учеников усадили в кузовы автомашин и велели накрыться простынями, чтобы скрыть от глаз немецких летчиков, что в машине  везут людей. Машины шли медленно, объезжая полыньи от бомб, взглядам подростков открывалась картина горящих и разбитых, полузатонувших машин, замерзших в лед, а губы шептали: «Пронеси!»
Они ковали победу
На большой земле им был указан маршрут на Череповец. Шли группками по 3-4 человека, от одного пункта питания к другому, если удавалось, то подъезжали на попутках. Хорошо, что военные шофера, увидев исхудавших пацанов, без разговоров подсаживали их в машину. С большим трудом Анатолий Котов со своим другом Александром Жарченковым добрался до Череповца, где получили следующую установку – направляться в Ижевск. Передвигаясь на военных эшелонах и товарняках, друзья добрались до Москвы, там проживала родная сестра Анатолия. Наконец-то ребята помылись, избавились от заедавших вшей, отоспались. С помощью Марии, сестры, Анатолий с другом устроились на металлургический завод «Серп и Молот» и стали работать фрезеровщиками на участке производства автоматов ППШ. На исходе был 1943 год. Несмотря на то, что у них, как у рабочих военного производства, была «бронь» от призыва в армию и  им еще не исполнилось по 18 лет, семнадцатилетние парни стали проситься на фронт добровольцами. За третьим разом военком внял их патриотическому порыву и направил в школу водолазов экспедиции подводных работ особого назначения (ЭПРОН). Тут друзей судьба развела, и больше им встретиться не пришлось. Служба Анатолия заключалась в том, что их отряд занимался расчисткой фарватеров на Волге, Днепре, Дунае от затонувших судов, обнаружением и подъемом наверх взрывоопасных предметов. Одних только авиабомб Котов поднял со дна 133 штуки, из них весом в 250 кг - более сотни. Под водой Анатолий Котов провел свыше 1900 часов, или почти 80 дней.                                                                                                
От ремесленника до розыскника
Уволившись в запас в 1950 году, Анатолий закончил вечернюю среднюю школу, затем юридическую школу, и был направлен на службу в органы внутренних дел Запорожья. Затем была служба в уголовном розыске, следственном аппарате. В 1963 году он закончил высшую школу МВД. И на всех своих постах трудился с полной отдачей, как его учили сызмальства. Суровая школа  выживания, военное лихолетье приучили его не требовать от жизни для себя каких-то благ и особых условий. Он привык быть таким, как все его товарищи по службе, не гнался за должностями, работу делал основательно и по закону. Многие руководители  предпочитали иметь в штате такого грамотного и добросовестного работника. Спустя годы Анатолия Котова нашла медаль «За оборону Ленинграда», за которой последовали памятные медали к юбилейным блокадным датам. Сейчас у Анатолия Матвеевича сверкает на выходном пиджаке целый иконостас заслуженных наград.                       
Блокада равнодушия                                                                                                              
И все бы было хорошо в жизни ветерана Отечественной войны и службы в МВД Анатолия Матвеевича Котова, если бы ЖЭУ, управляющее домом, в котором живет ветеран, потрудилось сделать не такую уж и сложную работу - устранило затекание дождевой воды на балкон в квартире Котова. Но не тут-то было.
Девять лет Анатолий Котов пытается прорвать «блокаду» равнодушия чиновников от ЖКХ. А параллельно каждый раз в День Победы мы слышим бравурные речи власть предержащих о той сердечной заботе, которую они оказывают ветеранам. Выходит, нестыковка у них получается – на словах одно, а на деле немного иное.
И раз так, то хочется сказать: пока текут крыши  в квартирах ветеранов, пока не снесен последний барак, пока не ликвидированы трущобы, до тех пор нельзя с полным основанием утверждать, что жертвы павших на фронтах Отечественной войны не напрасны. Потому что День Победы у нас – это еще и день борьбы, в том числе и за историческую правду о войне и справедливость.

Газета «Горожанин Инфо», 2011 г  
Василий Жуковец
Осталось всего несколько дней до очередной даты Великой Победы. Победителей с каждым годом, да что там с годом - с днём,  становится всё меньше и меньше... Они уходят. Уходят в вечность. Где-то на перекрестке еще можно увидеть неторопливо шагающего старичка с тяжестью боевых наград и  старушку с убеленными сединой волосами с привядшей гвоздичкой в руках. Это ветераны. Они сделали невозможное в той войне, чтобы пришла Победа. Поколение Анатолия Котова, которое война застала подростками, прошло через все круги ада. Пятнадцатилетними они стали рядом со взрослыми за станки, сеяли и убирали хлеб, а потом, когда пришло их время, пошли  военными дорогами ломать проклятую войну, надеясь на счастье выжить.                    
В восемь лет Анатолий Котов остался без отца – 34-летним ушел он из жизни, оставив четверых детей. Мать была неграмотной, работала в колхозе в калужской глубинке, семья еле сводила концы с концами. Но школу Анатолий не бросал. Четырехклассная, она находилась в родном селе. В семилетку же приходилось ходить за пять километров, в снег и в ветер, в ветхой одежонке и лаптях. Но несмотря ни на что, школу он не пропускал  и учился старательно. Неизвестно, как сложилась бы его судьба дальше, но тут подвалило счастье: на колхоз выделили четыре места в ремесленном училище, расположенном в Ленинграде. Радости Анатолия не было границ, ведь возможности учиться дальше в селе не было, а тут и одежду форменную выдали, и бесплатным трехразовым питанием обеспечили, и общежитием, а главное стали учить на столяра–модельщика.                                                    Только закончился первый учебный год, началась война. Пятнадцатилетние  ремесленники были направлены на строительство оборонительных сооружений  в прифронтовой полосе, в то время как фронт все ближе и ближе подкатывался к  Ленинграду.
В блокадном Ленинграде
Частенько приходилось, побросав лопаты и носилки, сломя голову мчаться в укрытие от бомбежек. Руки ребят перевернули не один десяток тонн земли, сооружая противотанковый ров. Но ни на что не жаловались и не роптали, все понимали, что идет война.  Когда вслед за бомбежками подкатился грохот орудий, на линию обороны стали подходить подразделения Красной Армии. Для трудармии нашлась другая работа: к передовой, прямо в боевые порядки войск, юнцы таскали тяжелые ящики с патронами и снарядами, попадая под минометные и пулеметные обстрелы. Назад же тянули на волокушах раненых и погибших бойцов. Один из таких походов закончился для Анатолия Котова ранением: осколок пропорол  одежду и оставил на животе неглубокую борозду.  А вскоре он и вовсе оказался на больничной койке. Осколок мины вонзился  в мягкие ткани ниже позвоночника, оставив отметину на всю жизнь. Восьмого сентября 1941 года замкнулось кольцо окружения Ленинграда. Началась блокада. Ремесленников  вывели из передовых линий и поручили бороться в городе с зажигательными бомбами. Расположившись на крышах домов, подростки следили за тем, куда падают сброшенные с немецких самолетов зажигательные бомбы, затем тушили их водой и песком. Однажды во время такого налета от взрыва крупной фугаски снесло крышу дома, где находились дружинники ПВО, и ребята вместе с обломками рухнули вниз. Анатолий отделался сильным ушибом спины, который долго давал о себе знать. А потом пришел голод.  Суточный паёк составлял  тарелку «калорийного» супа, похожего на клейстер, 250 г черного хлеба, который делился на три части, в обед 13 вареных фасолин, вечером  еще стакан чая и половинка конфеты. Ребята стали похожи на ходячие тени, а ведь нужно всю ночь дежурить на крыше. Днем они помогали собирать на улицах умерших от голода людей и хоронить их. Сегодня это выглядит кощунственно, но, если умирал от голода  товарищ, другие старались вызваться отвезти его на кладбище - тогда неполученная пайка разделялась между ними. Однако, несмотря на жесточайшие условия жизни, не было среди  ремесленников случаев  воровства.  Как только по дороге жизни, через Ладогу, пошли первые караваны транспорта, руководство блокадного города решило эвакуировать  ремесленные училища, в том числе и  №52 . К тому времени из 400 учащихся в живых осталось около половины. Учеников усадили в кузовы автомашин и велели накрыться простынями, чтобы скрыть от глаз немецких летчиков, что в машине  везут людей. Машины шли медленно, объезжая полыньи от бомб, взглядам подростков открывалась картина горящих и разбитых, полузатонувших машин, замерзших в лед, а губы шептали: «Пронеси!»
Они ковали победу
На большой земле им был указан маршрут на Череповец. Шли группками по 3-4 человека, от одного пункта питания к другому, если удавалось, то подъезжали на попутках. Хорошо, что военные шофера, увидев исхудавших пацанов, без разговоров подсаживали их в машину. С большим трудом Анатолий Котов со своим другом Александром Жарченковым добрался до Череповца, где получили следующую установку – направляться в Ижевск. Передвигаясь на военных эшелонах и товарняках, друзья добрались до Москвы, там проживала родная сестра Анатолия. Наконец-то ребята помылись, избавились от заедавших вшей, отоспались. С помощью Марии, сестры, Анатолий с другом устроились на металлургический завод «Серп и Молот» и стали работать фрезеровщиками на участке производства автоматов ППШ. На исходе был 1943 год. Несмотря на то, что у них, как у рабочих военного производства, была «бронь» от призыва в армию и  им еще не исполнилось по 18 лет, семнадцатилетние парни стали проситься на фронт добровольцами. За третьим разом военком внял их патриотическому порыву и направил в школу водолазов экспедиции подводных работ особого назначения (ЭПРОН). Тут друзей судьба развела, и больше им встретиться не пришлось. Служба Анатолия заключалась в том, что их отряд занимался расчисткой фарватеров на Волге, Днепре, Дунае от затонувших судов, обнаружением и подъемом наверх взрывоопасных предметов. Одних только авиабомб Котов поднял со дна 133 штуки, из них весом в 250 кг - более сотни. Под водой Анатолий Котов провел свыше 1900 часов, или почти 80 дней.                                                                                                
От ремесленника до розыскника
Уволившись в запас в 1950 году, Анатолий закончил вечернюю среднюю школу, затем юридическую школу, и был направлен на службу в органы внутренних дел Запорожья. Затем была служба в уголовном розыске, следственном аппарате. В 1963 году он закончил высшую школу МВД. И на всех своих постах трудился с полной отдачей, как его учили сызмальства. Суровая школа  выживания, военное лихолетье приучили его не требовать от жизни для себя каких-то благ и особых условий. Он привык быть таким, как все его товарищи по службе, не гнался за должностями, работу делал основательно и по закону. Многие руководители  предпочитали иметь в штате такого грамотного и добросовестного работника. Спустя годы Анатолия Котова нашла медаль «За оборону Ленинграда», за которой последовали памятные медали к юбилейным блокадным датам. Сейчас у Анатолия Матвеевича сверкает на выходном пиджаке целый иконостас заслуженных наград.                       
Блокада равнодушия                                                                                                              
И все бы было хорошо в жизни ветерана Отечественной войны и службы в МВД Анатолия Матвеевича Котова, если бы ЖЭУ, управляющее домом, в котором живет ветеран, потрудилось сделать не такую уж и сложную работу - устранило затекание дождевой воды на балкон в квартире Котова. Но не тут-то было.
Девять лет Анатолий Котов пытается прорвать «блокаду» равнодушия чиновников от ЖКХ. А параллельно каждый раз в День Победы мы слышим бравурные речи власть предержащих о той сердечной заботе, которую они оказывают ветеранам. Выходит, нестыковка у них получается – на словах одно, а на деле немного иное.
И раз так, то хочется сказать: пока текут крыши  в квартирах ветеранов, пока не снесен последний барак, пока не ликвидированы трущобы, до тех пор нельзя с полным основанием утверждать, что жертвы павших на фронтах Отечественной войны не напрасны. Потому что День Победы у нас – это еще и день борьбы, в том числе и за историческую правду о войне и справедливость.

Газета «Горожанин Инфо», 2011 г
Василий Жуковец
Осталось всего несколько дней до очередной даты Великой Победы. Победителей с каждым годом, да что там с годом - с днём,  становится всё меньше и меньше... Они уходят. Уходят в вечность. Где-то на перекрестке еще можно увидеть неторопливо шагающего старичка с тяжестью боевых наград и  старушку с убеленными сединой волосами с привядшей гвоздичкой в руках. Это ветераны. Они сделали невозможное в той войне, чтобы пришла Победа. Поколение Анатолия Котова, которое война застала подростками, прошло через все круги ада. Пятнадцатилетними они стали рядом со взрослыми за станки, сеяли и убирали хлеб, а потом, когда пришло их время, пошли  военными дорогами ломать проклятую войну, надеясь на счастье выжить.                    
В восемь лет Анатолий Котов остался без отца – 34-летним ушел он из жизни, оставив четверых детей. Мать была неграмотной, работала в колхозе в калужской глубинке, семья еле сводила концы с концами. Но школу Анатолий не бросал. Четырехклассная, она находилась в родном селе. В семилетку же приходилось ходить за пять километров, в снег и в ветер, в ветхой одежонке и лаптях. Но несмотря ни на что, школу он не пропускал  и учился старательно. Неизвестно, как сложилась бы его судьба дальше, но тут подвалило счастье: на колхоз выделили четыре места в ремесленном училище, расположенном в Ленинграде. Радости Анатолия не было границ, ведь возможности учиться дальше в селе не было, а тут и одежду форменную выдали, и бесплатным трехразовым питанием обеспечили, и общежитием, а главное стали учить на столяра–модельщика.                                                    Только закончился первый учебный год, началась война. Пятнадцатилетние  ремесленники были направлены на строительство оборонительных сооружений  в прифронтовой полосе, в то время как фронт все ближе и ближе подкатывался к  Ленинграду.
В блокадном Ленинграде
Частенько приходилось, побросав лопаты и носилки, сломя голову мчаться в укрытие от бомбежек. Руки ребят перевернули не один десяток тонн земли, сооружая противотанковый ров. Но ни на что не жаловались и не роптали, все понимали, что идет война.  Когда вслед за бомбежками подкатился грохот орудий, на линию обороны стали подходить подразделения Красной Армии. Для трудармии нашлась другая работа: к передовой, прямо в боевые порядки войск, юнцы таскали тяжелые ящики с патронами и снарядами, попадая под минометные и пулеметные обстрелы. Назад же тянули на волокушах раненых и погибших бойцов. Один из таких походов закончился для Анатолия Котова ранением: осколок пропорол  одежду и оставил на животе неглубокую борозду.  А вскоре он и вовсе оказался на больничной койке. Осколок мины вонзился  в мягкие ткани ниже позвоночника, оставив отметину на всю жизнь. Восьмого сентября 1941 года замкнулось кольцо окружения Ленинграда. Началась блокада. Ремесленников  вывели из передовых линий и поручили бороться в городе с зажигательными бомбами. Расположившись на крышах домов, подростки следили за тем, куда падают сброшенные с немецких самолетов зажигательные бомбы, затем тушили их водой и песком. Однажды во время такого налета от взрыва крупной фугаски снесло крышу дома, где находились дружинники ПВО, и ребята вместе с обломками рухнули вниз. Анатолий отделался сильным ушибом спины, который долго давал о себе знать. А потом пришел голод.  Суточный паёк составлял  тарелку «калорийного» супа, похожего на клейстер, 250 г черного хлеба, который делился на три части, в обед 13 вареных фасолин, вечером  еще стакан чая и половинка конфеты. Ребята стали похожи на ходячие тени, а ведь нужно всю ночь дежурить на крыше. Днем они помогали собирать на улицах умерших от голода людей и хоронить их. Сегодня это выглядит кощунственно, но, если умирал от голода  товарищ, другие старались вызваться отвезти его на кладбище - тогда неполученная пайка разделялась между ними. Однако, несмотря на жесточайшие условия жизни, не было среди  ремесленников случаев  воровства.  Как только по дороге жизни, через Ладогу, пошли первые караваны транспорта, руководство блокадного города решило эвакуировать  ремесленные училища, в том числе и  №52 . К тому времени из 400 учащихся в живых осталось около половины. Учеников усадили в кузовы автомашин и велели накрыться простынями, чтобы скрыть от глаз немецких летчиков, что в машине  везут людей. Машины шли медленно, объезжая полыньи от бомб, взглядам подростков открывалась картина горящих и разбитых, полузатонувших машин, замерзших в лед, а губы шептали: «Пронеси!»
Они ковали победу
На большой земле им был указан маршрут на Череповец. Шли группками по 3-4 человека, от одного пункта питания к другому, если удавалось, то подъезжали на попутках. Хорошо, что военные шофера, увидев исхудавших пацанов, без разговоров подсаживали их в машину. С большим трудом Анатолий Котов со своим другом Александром Жарченковым добрался до Череповца, где получили следующую установку – направляться в Ижевск. Передвигаясь на военных эшелонах и товарняках, друзья добрались до Москвы, там проживала родная сестра Анатолия. Наконец-то ребята помылись, избавились от заедавших вшей, отоспались. С помощью Марии, сестры, Анатолий с другом устроились на металлургический завод «Серп и Молот» и стали работать фрезеровщиками на участке производства автоматов ППШ. На исходе был 1943 год. Несмотря на то, что у них, как у рабочих военного производства, была «бронь» от призыва в армию и  им еще не исполнилось по 18 лет, семнадцатилетние парни стали проситься на фронт добровольцами. За третьим разом военком внял их патриотическому порыву и направил в школу водолазов экспедиции подводных работ особого назначения (ЭПРОН). Тут друзей судьба развела, и больше им встретиться не пришлось. Служба Анатолия заключалась в том, что их отряд занимался расчисткой фарватеров на Волге, Днепре, Дунае от затонувших судов, обнаружением и подъемом наверх взрывоопасных предметов. Одних только авиабомб Котов поднял со дна 133 штуки, из них весом в 250 кг - более сотни. Под водой Анатолий Котов провел свыше 1900 часов, или почти 80 дней.                                                                                                
От ремесленника до розыскника
Уволившись в запас в 1950 году, Анатолий закончил вечернюю среднюю школу, затем юридическую школу, и был направлен на службу в органы внутренних дел Запорожья. Затем была служба в уголовном розыске, следственном аппарате. В 1963 году он закончил высшую школу МВД. И на всех своих постах трудился с полной отдачей, как его учили сызмальства. Суровая школа  выживания, военное лихолетье приучили его не требовать от жизни для себя каких-то благ и особых условий. Он привык быть таким, как все его товарищи по службе, не гнался за должностями, работу делал основательно и по закону. Многие руководители  предпочитали иметь в штате такого грамотного и добросовестного работника. Спустя годы Анатолия Котова нашла медаль «За оборону Ленинграда», за которой последовали памятные медали к юбилейным блокадным датам. Сейчас у Анатолия Матвеевича сверкает на выходном пиджаке целый иконостас заслуженных наград.                       
Блокада равнодушия                                                                                                              
И все бы было хорошо в жизни ветерана Отечественной войны и службы в МВД Анатолия Матвеевича Котова, если бы ЖЭУ, управляющее домом, в котором живет ветеран, потрудилось сделать не такую уж и сложную работу - устранило затекание дождевой воды на балкон в квартире Котова. Но не тут-то было.
Девять лет Анатолий Котов пытается прорвать «блокаду» равнодушия чиновников от ЖКХ. А параллельно каждый раз в День Победы мы слышим бравурные речи власть предержащих о той сердечной заботе, которую они оказывают ветеранам. Выходит, нестыковка у них получается – на словах одно, а на деле немного иное.
И раз так, то хочется сказать: пока текут крыши  в квартирах ветеранов, пока не снесен последний барак, пока не ликвидированы трущобы, до тех пор нельзя с полным основанием утверждать, что жертвы павших на фронтах Отечественной войны не напрасны. Потому что День Победы у нас – это еще и день борьбы, в том числе и за историческую правду о войне и справедливость.

Газета «Горожанин Инфо», 2011 г       Василий Жуковец


Комментариев нет:

Отправить комментарий